Книга Хроники Менталиста 4, страница 88 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

Офицер медленно прошёлся перед нами, держа руки за спиной. Его лицо выражало холодную ярость профессионала, которого попытались обмануть.

— Значит, так, — начал он тихо. — У меня есть группа беженцев. Трое сильных одарённых. Поддельные документы вражеского офицера. Агент, который якобы работает под глубоким прикрытием, но о котором никто ничего не знает. — Он остановился, повернулся к нам лицом. — И попытка нападения на солдат Ростовской армии.

Молчание.

— Знаете, что мы делаем со шпионами? — продолжил офицер, и его голос стал тише, от чего ещё страшнее. — Мы их допрашиваем. Долго. Тщательно. Пока не выясним всё, что нужно. А потом расстреливаем.

Он сделал паузу, давая словам осесть.

— Но у нас нет времени на долгие допросы. Возможно у вас есть подкрепление. Возможно, вы хотите любой ценой попасть внутрь гарнизона. И я не могу позволить себе так рисковать.

Холод пробрался по спине, не имеющий ничего общего с зимней погодой. Я понял, к чему он ведёт. Понял по тому, как солдаты переглянулись, как сжались их пальцы на винтовках.

Он собирался казнить нас. Прямо здесь. Прямо сейчас.

— Командир, — Голышев заговорил, и в его голосе не было страха, только холодная логика. — Если вы убьёте меня, не выслушав, князь Михайлов узнает об этом. И вам придётся объяснять, почему вы казнили его личного агента.

— Если вы действительно его агент, — парировал офицер. — А если нет — я получу благодарность за нейтрализацию вражеской разведгруппы.

— Да не будь ты таким идиотом! — взорвался Голышев. — Ты даже не представляешь, какую ошибку совершаешь!

— Я защищаю границу, — оборвал его офицер. — И предпочту казнить невиновных, чем пропустить врага.

Он отступил на несколько шагов и махнул рукой. Солдаты выстроились в линию — шестеро, все с винтовками наготове. Расстрельная команда.

Господи. Это происходит по-настоящему.

Я посмотрел на Кристи. Она смотрела на меня, и по её щекам текли слёзы. Губы беззвучно шевелились, что-то говоря. Я прочитал по губам: «Прощай».

Вихрь молчал, глядя вперёд с каменным лицом. Но я видел, как дрожат его руки в наручниках. Не от страха. От бессилия. Он только что вытащил свою семью из одной клетки, и теперь они будут смотреть, как его убивают на их глазах.

Голышев смотрел на офицера, и в его взгляде было что-то похожее на сожаление. Не о себе. О том, что всё пошло не так. Что он не смог довести дело до конца.

Офицер поднял руку.

— Готовсь!

Солдаты вскинули винтовки, прижимая приклады к плечам. Стволы направлены на нас. Пальцы легли на спусковые крючки.

Время растянулось, превратилось в тягучую субстанцию. Я видел каждую деталь. Снежинки, медленно падающие с неба. Дыхание солдат, превращающееся в пар. Блеск металла на стволах винтовок. Лицо офицера, холодное и решительное.

Это конец.

После всего, через что мы прошли. После побега из столицы, после Ржавого Порта, после боя с Никоновым, после двух недель пути через линию фронта.

Мы умрём здесь. В метре от спасения.

Какая ирония. И какая глупость.

Офицер смотрел на нас последний раз. Его рука медленно начала опускаться.

— Цель…

Я закрыл глаза.

Услышал, как Кристи всхлипнула.

Услышал, как Вихрь глубоко вдохнул.

Услышал, как ветер выл между зданиями, унося с собой последние мгновения нашей жизни.