Книга Бесы на краю империи, страница 59 – Ян Бадевский

— Но? — уточнила Маро.

— Есть и другие тронутые, — неохотно ответил я. — А также биомехи в горных хранилищах. Автономные ремонтные модули. Которых можно использовать и в боевом режиме. И вообще. Я не знаю, как далеко простираются его возможности. И сколько людей у него в подчинении.

— Ты прав, — согласилась бессмертная. — Надо соблюдать осторожность. Вот только…

— Что?

— Сдаётся мне, миром вы не разойдётесь.

Хочется пожать плечами, но у меня на плече лежит голова Маро.

Будущее в тумане.

Ответов у меня нет.

* * *

Да, чуть не забыл про подарки.

В этот раз они не отличались особой оригинальностью — деньги, элитная недвижка, земли. Да-да. У меня теперь есть земля в Халифате. Если уж быть совсем точным — в Бодруме. Здесь это тоже не самый дешёвый курорт с целым районом, где предпочитают селиться богачи. И в этом районе мне подогнали виллу с прилегающей живописной территорией. Махмуд привык действовать с размахом…

Удивила Эфа.

Помните, я владел половиной казино в Фазисе? Делил доход с представителями одного Рода, с которым мы раньше были в контрах. И вот, Трубецкой надавил на какие-то рычаги, провернул многоступенчатую сделку, выкупил долю предприятия и… официально передал казино мне. То есть, нам с Маро, конечно. И теперь всё это чудесное заведение находится в собственности Ивановых.

От отца мне досталось здание бывшего дворянского клуба в Москве, которое нынче пустовало. Я сразу оценил локацию — Патриаршие Пруды. И жест оценил. Мне скинули не какой-то неликвидный хлам, а престижную недвижимость. Уверен, решение стоило князю неприятных объяснений с родственниками. Скрывать наши отношения он даже не пытался, слухи активно расползались по бывшей столице империи.

Я понимал, что рано или поздно буду вынужден одаривать этих людей собственными презентами. И это не будет коробка шоколадных конфет. Хорошо, что доходы семьи растут, и процесс только ускоряется.

Время на острове словно застыло.

Давно уехали организаторы из «Престижа», самые близкие друзья. Остались только члены семьи. А также Никанор и слуги, которые не просто получили возможность пожить на необитаемом тропическом острове, но и были вознаграждены за этот подвиг прибавкой к жалованью.

— У нас будет ребёнок, — сказала Джан. — Мальчик.

Мы втроём сидели в шезлонгах и любовались закатом. Федя лениво дрейфовал по лагуне на надувном круге. Вода была спокойной, ни малейшего намёка на волны.

Я чуть не поперхнулся коктейлем.

Отставил стакан с трубочкой.

— Милая, это круто. И… давно ты знаешь?

— Четыре недели, — ответила турчанка. — Но я хотела удостовериться. Поэтому сгоняла вчера с Лукой в долину. Заза провёл диагностику. Так что да. Ты будешь отцом, дорогой.

На моём лице расплылась улыбка до ушей.

Боги, давно забытое чувство!

И я сделаю всё, чтобы в этой инкарнации не пережить своего ребёнка. Хотя… не вижу ни одной причины, чтобы вообще умирать.

— Откуда ты знаешь, что у нас мальчик? — опешил я.

Джан рассмеялась:

— Милый, я ведь морфистка. Малыш видит сны, и они мне передаются.

У меня чуть не вырвалось, что это же эмбрион, и всё такое. Но я вовремя сдержался. Что мы знаем о разуме? О душах? Если люди проваливаются в некое межмировое пространство, а потом возрождаются вновь, то почему бы им сразу, с момента зачатия, не видеть сны? Это ведь разум, хоть и маленький. Не отягощённый грузом воспоминаний, как я…