Книга Тройка, семёрка, туз, страница 169 – Алексей Урусов

— Гусеничный! Справа впереди, на час! За деревянным щитом! Левый низ стреляй! — кричу Македонцу.

Спиной ощущаю, что его руки дёрнулись вниз и когда я прокручиваюсь вновь до этой точки, по числу щепок, отлетевших от щита, понимаю, что Лука правильно определился и всадил в то же место, что и я, ещё четыре пули. Сам стреляю туда же, наша мельница распадается, и мы устремляемся вперёд, из четырёх стволов поливая дрон, спрятавшийся за доской. Щепки весело разлетаются от попаданий. Наконец, «убили»: на месте дрона образуется облако из белой пудры…

Новый рывок — запрыгиваю на «змейку» — доски, уложенные зигзагом, несколько выстрелов по мишеням, дроны… финальная пробежка — мы с Македонцем ведём стрельбу по мишеням, которые подсоединены к фейерверкам и холодному огню. Небо над базой отдыха расцвечивается салютом, а трасса вспыхивает, залитая столбами огней, бьющими из земли.

Слышно, как аплодируют аристократы. Мы с Македонцем подходим к толпе.

— Восхитительно! Изумительно! Бесподобно! Спасибо за полученное удовольствие! — звучит со всех сторон.

Владимирская область. Полигон Кантемировской дивизии.

Увидев Фёдора Романова, как и он, прибывшего на совещание, Антон Романов, стоявший в стороне от входа в штаб, махнул рукой, приглашая поговорить. Когда троюродный брат подошёл, пожав ему руку, Антон поинтересовался: — Как обстановка в роте?

— Сидим по блиндажам, хорошо, что траншеи перекрытые, иначе бы и выйти было нельзя, — Фёдор улыбнулся брату в ответ. — За минувшие сутки сбили четыре десятка дронов, плюс несколько штук наземных беспилотников. И это пока только разведка ведётся и только в полосе моей роты; думаю, накануне атаки «синие» постараются максимально позиции вскрыть, а что будет твориться в небе в день сражения — даже представить не могу. Поэтому солдаты зарываются в землю и создаём запас квадрокоптеров на передовой. Плюс выносим позиции вперёд. А полосу перед позициями минируем.

— У меня такая же ситуация, — согласно кивнул Антон. — К тебе Композитор приезжал, показывал многодронное управление?

— Да, был. Мастер, конечно. Сразу четыре беспилотника контролировать — это такой напряг для мозгов. И для рук — они у него между джойстиками летают, как будто он напёрсточник. Я и сам попытался, да и многие воспылали желанием так с квадрокоптерами работать, но пока не очень получается. А ещё я попробовал для борьбы с квадрокоптерами сформировать снайперские двойки — один с винтовкой, на дальнем расстоянии сбивает, в основном крупные дроны, а второй с автоматом и многопульными патронами. Результат есть, но не «вау».

— Для любого «вау» море тренировок надо провести. Но идея интересная, попробую и у себя, — Антон раскрыл планшет и что-то в нём написал. — Всё в тренировки упирается: времени мало. Что такое четыре для на подготовку и день на сражение? Думаю, через неделю, когда мы наступать будем, от сражения будет больше опыта. А так, для анализа на будущее много интересных моментов. И Андрей говорил, что две недели — ни о чём, и летом хотят на месяц учения организовать и именно обучению отдать приоритет. Но вроде как речь о Крыме шла — здесь погода может всё испортить: дожди зарядят, и ни дронов тебе, ни магии — придётся сидеть по палаткам и только портянки сушить магическим огнём, — хохотнул Антон.