Книга Теперь ты в армии, страница 136 – Алексей Урусов

Сажусь и начинаю наблюдать. Польские позиции отчётливо вижу в энергетическом зрении как скопления ярких коричнево-зелёных точек, вытянувшихся дугой, а иногда сгруппированных светлячками на опорных пунктах.

Примерно в три часа ночи вижу, как с польской стороны в нашем направлении начинает движение одинокая энергетическая точка — неужели снайпер пошёл на охоту? Ещё две точки наблюдаю километрах в десяти левее, а одну — правее опорника.

Сомненья прочь — уходим в ночь… Пора и мне выдвигаться… Предупреждаю руководство, сдаю документы и двигаюсь навстречу. Точнее, так, чтобы оказаться на полкилометра в стороне от ближайшего снайпера, уверенно прущего на меня встречным курсом.

Заранее выбираю место для стрельбы — ровный участок, через который польскому снайперу придётся проходить: сейчас ночь, он движется не пригибаясь, не опасаясь: наверняка одет в костюм, подавляющий тепловое излучение. Ему до наших позиций почти четыре километра. Я выбираю место на небольшом бугорке, расправляю коврик, ставлю винтовку на сошки, прицеливаюсь. Выстрел разрывает ночь. В магическом зрении вижу, что снайпер движение прекратил и зелёно-коричневое пятно, обозначающее его, быстро гаснет. Двигаюсь в направлении стрельбы и спустя десять минут нахожу тело. В самом деле снайпер. Забираю у него винтовку и патроны, срываю шевроны, снимаю жетон, проверяю рюкзак, чехлы и подсумки. Фиксирую точную геопозицию и определяюсь с «лёжкой» на день — уходить в тыл не хочется — в зоне моего энергетического зрения ещё три снайпера заняли позиции. Но до них порядка десяти километров, и до рассвета мне не успеть добраться на дистанцию выстрела, а днём здесь не ходят. Ну, кроме совсем уж отмороженных, решивших таким способом самоубиться. Так что пройдя километра три, нахожу подходящие деревья, немного окапываюсь, раскидываю над собой зонтик из маскировочной ткани, дополнительно маскируюсь и отдыхаю…

День проспал, дожидаясь вечера. Стемнело не до конца; я плотно перекусываю, выбираюсь из-под укрытия и сворачиваю свой импровизированный лагерь. Внимательно просматриваю небо энергетическим зрением: за день надо мной несколько раз пролетали беспилотники, а один больше часа зависал на большой высоте в районе, где находятся два вражеских снайпера. Или разведку вёл, или готов был их прикрыть в случае атаки. Но сейчас небо «чистое», думаю, вражеские снайперы скоро будут заканчивать «дежурство в поле» и после целого дня отсидки, возвращаться на польскую сторону. Ещё раз убедившись, что беспилотников поблизости нет, выхожу из укрытия и двигаюсь к точке, которую запланировал для перехвата польского снайпера. На ходу вижу, что энергетическая точка, являющаяся снайпером, тоже начала передвижение. Убыстряюсь, чтобы добраться до намеченной позиции и как только расстояние между нами сокращается до полукилометра, ложусь на землю, готовлю винтовку и произвожу выстрел. Результативно, двигаюсь к снайперу. Она была ещё тёплой, когда я подошёл. Девушка. Лет тридцати-тридцати пяти. Ей-то что здесь нужно? И не из той ли она пары спортсменок, что подстрелили Эдуарда Полуэктина? Хотя, по возрасту не подходит: про тех биатлонисток штурмовики говорили, что им чуть ли не по восемнадцать. Забираю винтовку, патроны, вытряхиваю содержимое подсумков.