Книга Теперь ты в армии, страница 17 – Алексей Урусов

За час удалось распределить все полторы сотни детей, а потом для них был организован торжественный обед.

Я боялся, что дети в новом приюте не станут единой «семьёй», а будут держаться группками — кто откуда приехал, тот к тому и будет по-прежнему льнуть. Директор приюта княжна Мария Андреевна Мищерская и директор по воспитанию Любовь Степановна Карпинская заверили, что они такого не допустят.

— Что Вы, Андрюша, — Любовь Степановна обращается ко мне именно так, и я не против: сколько сотен таких как я, она воспитала? — Мы с Марией Андреевной эту тему подробно прорабатывали. И детей готовили, в том числе к тому, что у них будет новый дом, где они будут жить одной большой семьёй. И расселяем их по возрастам, и кружки для них организованы по интересам. Так что они больше будут общаться со сверстниками и в детском возрасте быстро сдружатся с новыми знакомыми. У старших не так, но и они новых друзей найдут — всем же интересно, кто с ними рядом; дети вообще исследователи жизни.

— А потом, — дослушав собеседницу, с улыбкой добавляет Мария Андреевна, — приютские дети, независимо от возраста, стремятся к тому, чтобы обрести семью. И они изначально настроены на то, чтобы здесь, на новом месте, такую семью построить. И будут стараться сами обрести в других детях родственников, и помогать им, когда будут видеть, что кто-то в них нуждается.

Уже вечером, обходя детей и укладывая их спать, я убедился, что это так: в одной из комнат маленький, но бойкий пятилетний мальчик, вытащил из-под подушки книжку и обратился ко мне: — Папа, ты нам на ночь сказку почитаешь?

Вижу, что и остальные дети напряжённо всматриваются в меня, ожидая ответа. Улыбаюсь и согласно киваю: — А что за сказка?

— Буратино, — радостно откликается он. — Там про золотой ключик, наш дворец сегодня таким же открывали.

Сажусь, читаю несколько страниц и обещаю дочитать в следующие дни.

Дети укладываются, выключаем свет…

В коридоре Любовь Степановна поясняет мне: — Как мы с Марией Андреевной и говорили, дети мечтают о семье. И это была проверка — настолько Вы, Андрюша, готовы их своей семьёй считать. Дети убедились, и что папа у них есть и теперь все до шести-семи лет будут называть Вас папой… Мария Андреевна, основная кандидатка в мамы — Вы. А я — на бабушку.

Я улыбаюсь и понимающе киваю головой. Сам был в такой ситуации, когда страстно хотелось семью, любую. Порадовало, что дети, собранные в одной комнате из разных приютов, помогают друг другу в бытовых вопросах. А еще больше порадовало, что, рассказывая о работе, княжна Мария Мищерская и Любовь Карпинская, говорят «мы»: очень боялся, что они начнут конфликтовать. Напрасно, стало быть, опасался — любовь к детям, она объединяет.

Москва. Новая Басманная улица. Усадьба Куракиных.

Ректор Дипакадемии Юрий Васильевич Куракин с улыбкой вошёл в кабинет главы рода, Василия Степановича, поздоровался с присутствующими и плюхнулся в своё кресло. От протянутой ему чашки кофе отказался: — Вначале воды. Горло пересохло, забыл в машину термос поставить, а на улицах тормозить и выбиваться из потока не хотелось; понимал же, что все ждёте.

— Конечно, ждём, — широко улыбнулся Василий Степанович, — знаем, что ты из-за мелочи нас среди недели дёргать не будешь.

Отглотнув воды из стакана, Юрий Васильевич с негромким стуком поставил его на стол: — Тогда сразу к сути, без предисловий: Андрея Первозванова на год призывают в армию по спецнабору.