Книга Теперь ты в армии, страница 42 – Алексей Урусов

Король Август засомневался: — Думаю, Вишневецкий постарается договориться с Марковским; он через него связи с англичанами заводил, земли свои под аренду подсовывал.

— И заводил, и подсовывал, — согласился Станислав. — Но, — Станислав Богуслав поднял бокал с красным вином, привлекая внимание брата, — Казимир Вишневецкий не зевал, и получив контакты, собственные мосты наладил с англичанами, связями оброс, и с землями разобрался. И теперь он к Кшиштофу не ногой: разве может потомок самих великих шляхтичей Вишневецких забыть, что выходец из глухого местечка крестьянин Марковский смел его обнимать и по плечу похлопывать? Я же тебе рассказывал — не общаются они больше. И на последней встрече у Марковского не было не только Вишневецкого, но и никого из его сторонников. И такая вражда открывает нам возможность разделить английскую партию в сейме на две — пока они вроде вместе, но брожение в этом котле с английским дерьмом идёт, и если туда бросить пачку дрожжей, то взрыв неминуем и крышку у котла сорвёт. У нас же что Радзивилл, что Войтович по батюшке Кристиновичи. Боливар не выдержит двоих* Кристиновичей, в смысле: генерал-лейтенантская должность одна. Вот мы погонами генерал-лейтенанта перед одними помашем, и перед другими тоже. И пусть грызутся и друг друга помоями обливают. Этой забавы им на полгода хватит точно, не меньше. А может, какая-то ценная информация при разборках всплывёт, что нам в будущем пригодится. Ты же знаешь, что двум полякам, чтобы ногтями вцепиться друг другу в щеки, подойдёт любая нелепая причина. И тогда в сейме нам они мешать не будут, не до того станет. А если повезёт, то англоманы в парламенте на две фракции разбежаться могут, и начнут друг против друга голосовать. Просто из польского гонора.

Постояв у окна, Август вернулся в кресло: — Завидую я другим монархам. У них парламенты — как парламенты: сидят смирно, по команде аплодируют, всё, что государь присылает, тут же одобряют. Ну и параллельно, от нечего делать, пургу всякую несут и идиотские законопроекты выдвигают. А у нас — шляхетская вольница, когда каждый магнат может с мнением короля не считаться и крупная группировка, каких у нас с десяток, способна месяцы любое решение саботировать, не давая его проголосовать. Да что говорить, даже назначение наследника и второго наследника провести не удалось! Боятся, что мы слишком большое влияние среди офицерства получим. Каждому из дворян, и магнатов в том числе, прирост магической силы был бы, причём солидный.

— Им это не интересно, воюют же не они, а быдло, — развёл руками Станислав. — И пока у нас драки в сейме, другие страны магию упорно развивают. Вон англичане, вслед за русскими создают магическую академию, немцы готовятся. А у нас предложение не прошло — сослались на дороговизну. Хотя понятно: боятся, что из простонародья начнёт выдвигаться новая знать, обладающая магической силой, и их со временем потеснит. А лично нам с тобой академию финансировать — в самом деле дорого, не потянем.

Близ Чернигова. Временный казарменный городок полка морской пехоты.

— Вольно! Садись! — пройдя к столу, капитан Трегубенко опустился на стул и оглядел собравшихся. Сержанты роты сидели повзводно, сосредоточенно смотря на командира роты. Задний ряд занимали офицеры, тоже ожидавшие выступления командира. Причина сбора была понятна и оптимизма никому не внушала.