Книга Теперь ты в армии, страница 81 – Алексей Урусов

— Фото с присяги тебе же кинули? — уточняю его возможности по коммуникациям с моими друзьями. Хотя в ближайшее время Артур Гефт станет ему родственником и через него связь можно организовать устойчивую.

— Видел, видел, закачал, — отвечает Саша. — И присягу, и как тебе оружие передают. А потом как ты тельник получал и берет. Поздравляю, от души, брат. Носи с честью!

Саша рассказывает о путешествии по Индии, когда он вместе с отцом и матерью сопровождал Веру и принца Фервана Ганди в свадебной поездке по стране. И как его огорошила Надежда сообщением о моём призыве в армию, когда он вернулся домой. Описал, как проходила помолвка.

Мне понравилось, что Саша очень тактично поднял вопрос о целесообразности моей службы в армии и возможности перевода меня «куда нужно».

— Саш, я счастлив, что я морпех и здесь мои навыки и умения пригодились. И в целом тому, что так сложились обстоятельства, и меня призвали. Я горд, что мне доверили оружие и сидеть где-то в штабе — не для меня. Бумажек у меня и с собственностью хватало.

Разговор заканчивается. А я немного задумываюсь: насколько мне в самом деле нравится служба? Немного посомневавшись, соглашаюсь с тем, что говорил цесаревичу — мои слова были искренними. Мне и в самом деле нравилось в армии. А уж в морской пехоте — тем более. Немного грустно было только тогда, когда я видел, как матросы развивали навыки в применении магии: здесь я впервые увидел «зеркало из льда», состоящее из секций. И если при атаке на такое зеркало разбивалась одна часть, то остальные восстанавливать с нуля было не нужно. Или то, как воздушники умело использовали потоки воздуха для перекидывания гранаты через опорник в тыл. Что мог, я ребятам рассказывал, и тот же массовый переход в управлении магией от «канатов» к «нитям» происходил благодаря и моему вкладу.

В целом, «интеллигенция» в лице нескольких человек из вузов вписалась в суровую действительность морской пехоты. Тот же Композитор с первых дней службы продемонстрировал чудеса управления сразу двумя дронами. И когда командир взвода спросил, как он умудряется это делать, то ответил: — Ничего сложного: я, когда оркестром дирижирую и за пультом стою, мне работать гораздо сложнее: там партитуру надо одновременно слева направо читать и сверху вниз, махать палочкой, и слышать кто как играет.

— Ты, может, и с тремя тогда управишься? — поинтересовался взводный.

— Ну… ежели постараться, то можно и с тремя, — пожал плечами и махнул ушами Композитор.

— А с пятью? — поднял ставки взводный.

Композитор возмутился: — Ну вы, товарищ лейтенант, задачи ставите. С пятью просто так не справиться! Тут хирургическая помощь нужна. Если хирург пришьёт ещё две руки, то и с шестью управлюсь.

Москва. Кремль.

— Заходи, Володь. Я сказал, чтобы ты вначале отдохнул после перелёта, но раз уж зашёл, расскажи накоротке, как всё прошло. Видел, видел: блистал ты на Дальнем Востоке, — император Николай Петрович Романов широко улыбнулся сыну.

— Прошло всё на уровне, как обычно, — ответил Владимир Николаевич, присаживаясь к приставному столу. — Ленточку перерезали, железную дорогу от Комсомольска-на-Амуре до мыса Лазарева открыли. Там реально, даже бинокль не нужен — от материка рукой подать, пролив всего-то шириной восемь километров до Сахалина. Осмотрел строящийся туннель: строители клянутся и божатся, что через год откроют. Естественно, сказал, чтобы качество обеспечили, а не сроки. За следующий год добьют туннель и будет у нас постоянная связь с Сахалином. Аааа… — немного помедлив, вспомнил наследник, — и с одной, и с другой стороны тоннеля почти достроены две базы боевых пловцов и подводных дронов и военные уже тренируются, так что туннель будет под защитой. А железнодорожники перемещают технику на строительство трассы Якутск-Охотск. Потом долетел до Якутска, посмотрел на строительство моста через Лену. Точнее, сейчас каркасы для будущих свай под опоры моста делают. Тоже дело продвигается.