Онлайн книга «Теперь ты в армии»
|
Мне дуют сразу в оба уха, держат за руки; самый маленький, как он просит к себе обращаться: Вовка, застолбил мои колени, но периодически срывается с них и убегает к вазочке с мороженым. Василий и Алёна рядом со мной на диване, и сыплют приютскими новостями и приветами от всех детей. В небольшой паузе Татьяна Антоньевна передаёт мне узкий буклет, раскладывающийся гармошкой: — Толя просил показать, — сообщает она мне. Листаю: варианты свадебных историй — ещё «на гражданке» я озаботился расширением возможностей «Трёхбашенного замка» в Крыму, в том числе для проведения свадеб и прочих семейных торжеств. Буклет — это реклама возможной стилизации «свадебных приключений» или «свадьба в стиле»: «Алые паруса», «Кавказская пленница», «Человек-амфибия», «Увольнение на берег», «Золотой ключик», «Огонь, вода и медные трубы»… Переспрашиваю: — Это всё в Крыму снимали? Татьяна кивает: — Да, и много ещё чего. Но в списке только те, где сценарии уже разработаны и можно предлагать молодожёнам как вариант для торжеств и всяких историй любви. В целом, очень порадовали мои «гости». Татьяна показалась гораздо моложе и раскрепощённее, чем была в монастыре; хотя, может быть, для меня, «мелкого», любая девушка за двадцать казалась очень взрослой. А княжна Мищерская, если и не расцвела, то скинула с себя напряжение, связанное с заботами по непрерывному поиску денег на содержание детей и теперь занималась любимым делом; радовала её открытая улыбка. Близ Чернигова. Временный казарменный городок полка морской пехоты. Под вечер возвращаюсь. Микроавтобус привозит нас всех к КПП. По дороге позвонил ротному, попросил прислать матросов, чтобы перенести в казарму заготовки для праздничного застолья; отдельный пакет со сладостями вручаю дежурной службе на КПП. Празднование дня рождения в роте прошло в традиционном формате — в кубрике выставили в ряд столы, разбросали на листах бумаги бутерброды-котлеты и сладости и под соки-компоты посыпались поздравления. Удивил Гриша Новиков, он же «Композитор». Подойдя, он говорит: — Андрей, мы подготовили для тебя особый подарок. Гриша садится, берёт в руки баян, с гитарой выходит Лёня Курочкин, ещё несколько морпехов встают рядом. Спокойно, в темпе вальса, Гриша начинает играть и после проигрыша запевает: — Мы — моряки, не видящие моря. Мы бьёмся от него вдали. Чтоб море Чёрное всё так же было Русским, Чтоб русские в нём были корабли. На наших «тельниках» одна полоска — море. Другая — цвета крымских скал. И где б судьба морпеха не носила, Я море Чёрное нигде не забывал. …И наши шевроны расшиты дельфинами… Матросы, стоящие рядом с Композитором, подхватывают припев: — Когда мы уйдём, мы станем дельфинами, И будем скользить по морю синему, По нашему!… Чёрному!… морю! Гриша снова широко раздвигает меха баяна. Спартанец подыгрывает ему на гитаре, ещё два матроса шелестят какими-то металлическими метёлками, имитируя шум волн: — Нам снится это море по ночам, И волны, будто пёс, лизающие берег. Наверное, есть лучше море на земле, Ну а желанней — нет, уверен. Когда-нибудь мы снимем эту форму, Но «тельники» всегда согреют нас. А море Чёрное останется на месте — Ведь море не уйдёт в запас. … И наши шевроны расшиты дельфинами. Хор, стоящий рядом с Григорием, повторяет припев: |