Книга Дипломатическая академия, страница 109 – Алексей Урусов

— У тебя-то что с браком? — поинтересовалась Надежда у брата? — Сроки какие-то установили? Кандидатки определены? Список видел? Кто тебе нравится? Что дед с папой говорят? Вроде опять что-то обсуждали? Наседают?

Александр неопределённо пожал плечами: — Сроки пока не установлены, но, думаю, года четыре, а то и пять у меня есть. В принципе, исходя из логики, будь я императором, я бы себя женил за год до окончания военного училища, чтобы к лейтенантским погонам не только жена, но уже и ребёнок прилагался. Но как дед с отцом решат, так и будет. И когда последний раз слово «жена» прозвучало, я подтвердил, что выбор полностью за ними. Их это тоже удовлетворило и по итогу немного отсыпали мне печенек за послушание.

Москва. Квартира Андрея Первозванова на Остоженке.

Когда «праздничное» напряжение схлынуло, пришло время для анализа. Точнее, мне нужно было разобраться с тем, что происходит с моими отношениями с цесаревичем Александром Владимировичем — казалось бы, какие могут быть «отношения» у простолюдина и второго в очереди на российский престол? Понятно — никаких! И будь я трижды чемпион и уникум одновременно во всех видах спорта — максимум, что получает «тренер» — уважительное отношение со стороны «ученика». А я даже не тренер, а всего лишь «демонстратор» некоторых навыков, и после нескольких подобных уроков интерес должен исчерпаться и каждый продолжит жить в своей среде обитания. У цесаревича: «балы, красавицы, лакеи, юнкера», а на самом деле за этой глянцевой картинкой — громадный труд по овладению навыками управления и освоению громадных массивов информации. Как владелец кирпичного завода могу «зуб дать», что у цесаревича так и есть. А у меня: учёба в дипакадемии, что для простолюдина и недавнего воспитанника монастырского приюта — громадный взлёт, управление предприятиями, и построение какого-никакого стабильного комплекса из собственности. И где-то там, на склоне лет, а если повезёт, то раньше, — возможное дворянство. И эти два мира не то что не соприкасаются: они даже не в соседних галактиках находятся — они разнесены на разные края вселенной и свет между ними идёт тысячи лет.

Но появляется цесаревич Александр Владимирович, и схема рушится. И как-то слишком быстро всё закрутилось: казалось бы, изначально речь шла о моём показательном выступлении и демонстрации навыков. В первый раз примерно так и получилось — мы стреляли из луков, и я рассказал о некоторых «секретах» тренировки. Собственно, секретами они не являлись — те, кто профессионально тренируются, всё это знают. Ну, чаем меня напоили — работал чисто за еду. Вторая поездка на Полянку — тренировка с холодным оружием. Но и первая и вторая тренировки прошли слишком уж в «позитивной» атмосфере: цесаревич общался со мной на равных, всячески подчёркивал уважение и, как мне показалось, немного расстраивался, когда я обращался к нему по полной титулатуре и имени-отчеству. А уж угощение меня «блинчиками от бабушки» не то что ни в какой протокол не вписывалось, это вообще — признак особого доверия и возможность заглянуть в «семейную кухню».

Так же прошло и празднование в «Галактике». Цесаревич меня сразу ошарашил, подарив кинжал с надписью: «Другу…». Какой «друг»? Разве могу я или кто-то другой быть другом человеку, который станет императором, помазанником Божьим? Уверен, что и все его «друзья» из княжичей и графов отчётливо понимают это. И, собственно, я своими глазами убедится, что дистанцию они все держат, как бы ни демонстрировали дружеские отношения: есть незримая черта, которую они не пересекают. И ещё в большей мере это касалось баронетов и «обычных» дворян.