Книга Дипломатическая академия, страница 125 – Алексей Урусов

Пока Антон Михайловича излагал новую информацию, Константин Михайлович вышел из-за стола и слушал, стоя у окна. Дослушав племянника, он развёл руки: — Картина Репина «Приплыли»! *

Москва. Кремль.

Сев, начальник тайной канцелярии, снял со своего портфеля сургучную печать, достал из него три папки и передал одну императору, а вторую наследнику. Дождавшись, когда Николай Петрович и Владимир Николаевич откроют подшивки, он заговорил: — Материалы в отношении Андрея Андреевича Первозванова составляются в трёх экземплярах и хранятся под грифом «особой важности». Вам представлен доклад, подготовленный нашими аналитиками на основе отчётов по ежедневному сопровождению и охране Первозванова. В докладе, помимо этого, учтены материалы, полученные нами из информационных баз государственных структур, паутины, средств массовой информации, а также добытые оперативным путём во Владимире и других местах, где бывал Первозванов. По мере получения новых данных справка корректируется, но не думаю, что её содержание, особенно в части психологического портрета, изменится существенно. Однозначно можно сделать вывод, что Андрей Андреевич Первозванов обладает ярко выраженными лидерскими качествами, крепкой волей и настойчивостью. Физическое развитие идёт с опережением возраста. Его умственные способности определяются как аномально высокие.

— Даже так? — не то спросил, не то удивился Николай Петрович.

— Да, государь, — начальник тайной канцелярии вежливо склонил голову. — Например, мы не смогли точно установить число языков, которое он знает.

Увидев изумлённое лицо наследника престола, оторвавшегося от бумаг, начальник ещё раз подтвердил: — Именно так. Проблема в том, что сам Первозванов засчитывает себе так называемый «базовый язык», а другие близкие языки считает за диалекты и, например, при поступлении в дипакадемию их не указывал. Поясню: он выучил языки тюркской группы и себе в актив записал один язык, хотя говорить может на турецком, азербайджанском, казахском, татарском. И ещё нескольких тюркских языках, а на скольких, — мы не знаем. Это же касается славянских языков, арабских и иранских наречий. И так далее. У меня в подразделении нет лингвистов, которые могли бы обоснованно сосчитать, поэтому мы и написали: «много».

— Когда Вы изучите доклад, я буду готов дать пояснения. Сразу хотел предупредить, об одном недостатке доклада, который мы постараемся исправить в последующем: в связи с тем, что основную информацию мы получили на основе публичных материалов и имеем крайне мало информации, касающейся личной жизни Андрея Первозванова и его поведения в быту, общая картина представляется несколько более жёсткой, чем она является в действительности; обычно именно в бытовой обстановке наиболее выпукло проявляются человеческие качества, а данными о его «обычной» жизни мы пока располагаем в недостаточной мере. С каждым днём информация становится более объективной: помимо ежедневных справок от наших сотрудников, тайно охраняющих Первозванова, мы начали получать сведения из монастыря во Владимире, где Первозванов провёл детство.

Император поблагодарил начальника тайной канцелярии, и когда он покинул кабинет, Николай Петрович предложил сыну: — Володь, давай почитаем. С полчаса или час, а потом обсудим.