Книга Дипломатическая академия, страница 20 – Алексей Урусов

Уезжая «за ленточку», он наговаривал для матери с десяток звуковых файлов, и ребята пару раз в неделю сбрасывали их по порядку на нужный номер. Чтобы ей казалось, что у сына всё в порядке, просто связь односторонняя. В своих «видосиках» он рассказывал маме, что проходит обучение в полевом лагере и устал ползать с автоматом и каждый день тренироваться в рытье окопов — о том, что он уже давно «за ленточкой», Полуэктин решил матери пока не сообщать: чем меньше она знает — тем крепче спит. И тем реже плачет.

Реально поговорить с родственниками с линии соприкосновения возможности не было — любые гаджеты там были запрещены. Так что первое, что Эдуард сделал, получив контейнер с личными вещами — позвонил домой, сообщив о завершении «полевого выхода», где он «кормил комаров». После нескольких минут разговора мать передала трубку малышам, и Виталька с Викой стали ему рассказывать, как ездили за покупками «к школе». И эти обычные детские нехитрые рассказы с перечислением картинок на купленных ранцах и коробках карандашей, едва не выбили слезу из Полуэктина — настолько резким был переход от военной жизни к школьным проблемам.

А вечером командир роты вывел его из строя и вручил ему и шильдик с цифрой «пять», отметив таким образом, рост числа боевых выходов.

— И ещё, — продолжил командир роты. — До сегодняшнего дня к гвардии младшему сержанту Полуэктину мы обращались «Эд», что является сокращением его имени. В крайнем боевом выходе он проявил свои командные и магические навыки, в сложной ситуации найдя правильную тактику ведения боя. Это позволило нанести урон противнику, ни один солдат из его отделения не был ранен, несколько врагов уничтожено, отделение организованно отступило; в связи с этим есть предложение присвоить боевой позывной гвардии младшему сержанту Полуэктину — «Лавина».

Рота ответила аплодисментами…

Распустив подчинённых, командир роты завёл его в канцелярию: — Эдуард Валентинович, я направил командиру полка представление о присвоении тебе звания «гвардии сержант», командир сообщил, что он не возражает. Так что осенью, после увольнения сержантов, станете заместителем командира взвода, параллельно командуя отделением. С завтрашнего дня будете посещать занятия в полковой школе сержантов. Помимо этого, приступайте к проведению занятий с личным составом роты по магической подготовке — этим у нас занимается мой заместитель, немного разгрузите его; ну, и, может быть, внесёшь какую-то свежую струю.

Закрытая зона за Уралом. Академия-2 (Орёл-42а). Дом Раушенбахов.

Встретив на пороге сына Клауса и получив от него ответ «Нет» на вопрос: не голоден ли он, мама, Марта Стефановна, удовлетворённо кивнула и решила, что раз сыт — то можно ограничиться салатиками. Пока семейство рассаживалось в столовой, она вместе с постоянно пытавшейся «помогать» Лаурой, быстро накрыла на стол, и как только все уселись, задала самый первый и самый важный, на её взгляд, вопрос: — О чём ты разговаривал с их высочествами?

— Разговора, как такового, не было, — пожав плечами, ответил Клаус. — Меня им представили. Они поинтересовались, где я учусь. Я ответил, что в той же академии, что и Артур Гефт. Они улыбнулись… не сказал бы что загадочно. Я вообще не знаю, как девушки улыбаются загадочно, но они тему сменили, спросили — каковы мои планы на будущее? Я ответил, что надеюсь стать офицером и служить в армии. Они ответили, что это достойная и благородная цель. Вот и весь разговор.