Книга Дипломатическая академия, страница 46 – Алексей Урусов

Я задумываюсь: тот звонок в конце лета, он что, не от мошенников был? А от настоящего цесаревича? А я прервал разговор, при этом его ещё и высмеял. За такое цесаревич предъявить может и всего моего имущества не хватит, чтобы виру заплатить. Придётся, наверное, ещё почку продавать — благо, на недавнем медосмотре врач сказал, что организм у меня в идеальном состоянии. Это, конечно, шутка; но, если цесаревич Александр реально заинтересовался моими умениями и хочет лично поговорить или даже увидеть мою тренировку, то это запросто!

Москва. Кремль.

Вошедшему в кабинет сыну Владимиру, император Николай Петрович показал пальцем на отдельную папку: — Глянь на результаты генетического тестирования.

— О, анализы принесли, — обрадовался наследник престола. Он открыл папку, пробежал глазами по графикам и таблицам и согласно покачал головой: — Я примерно такие и ждал. Кровь у Первозванова корректно получили?

Николай Петрович оторвался от бумаг: — Корректнее некуда: я за нею Осташева отправлял, и его тоже контролировали; когда он из машины выходил, контейнер был пустой. Всю дорогу шла запись. Забор крови проводили под видеозапись. Медсестра сразу же пробирку передала Осташеву, и он с контейнером прошёл к машине. И дальше на всех этапах под контролем образец перемещался. Они вообще столько времени возились, потому что цена ошибки очень велика. И вывод по результатам исследования ДНК однозначный: ты — отец, а София — мать; вероятность составляет девяносто девять и четыре девятки после запятой.

Владимир Николаевич задумчиво посмотрел на отца и поджав губы, покивал.

Николай Петрович, побарабанив пальцами по столу, задумчиво произнёс: — Так что никакой он не Первозванов, а самый настоящий Романов. Кровь от крови, плоть от плоти; новый листок на императорском семейном древе.

Москва. Дворец князей Радзивиллов.

Воскресный завтрак в семье князей Радзивиллов всегда проходил в торжественной обстановке, в тишине и спокойствии и больше был похож на ранний обед — женщины появлялись за завтраком в выходных платьях, а мужчины — в костюмах. Кто и когда это установил, в семье уже не помнили — у древней фамилии Радзивиллов было много традиций, корни которых терялись в глубине веков. Но чтили эти традиции неукоснительно.

Вот и сегодня, мужчины, сбившись в кучку в гостиной, ждали, пока княгиня выведет к завтраку красивейшую половину семейства, и коротали время, обсуждая скачки и «Вечер покера», прошедшие накануне и делились планами на воскресенье.

Едва двери распахнулись и супруга князя в сопровождении дочерей и невесток вошла в зал, князь Ян Кристинович Радзивилл шагнул навстречу: — Дамы, мы скучали без вас. Очаровательно выглядите.

Обернувшись к окну, откуда двигались мужчины, он кивнул: — Прошу всех к столу!

Слуги помогли рассесться и накрыли на стол. Зазвенела посуда и приборы, параллельно неспешно текла беседа. Обычно разговор шёл о светских новостях и прочих несерьёзных событиях, чтобы дать мозгам отдохнуть от хозяйственных забот хотя бы в выходной. Так что рассказ Каролины, ставшей студенткой дипломатической академии о посвящении, проведённом накануне, что называется, был как раз ко двору. Её восторги по поводу концерта, танцев и особенно — магического шоу со сменой времён года, зашёл всем.