Книга Дипломатическая академия, страница 65 – Алексей Урусов

Первозванов, неожиданно ворвавшийся в «Полигон» и испортивший игровое настроение княжичу, уже за одно это заслуживал, чтобы его запороли до смерти на конюшне. Но это быдло к тому же охамел настолько, что стал публично оскорблять Радзивилла, так что иного варианта, кроме как вызвать Первозванова на поединок, не было. Точнее, Адам порадовался, что получил повод для дуэли — это было идеальным выходом в сложившейся ситуации.

— А с друзьями, — подумал княжич, — что слышали всю эту вонь от ублюдка-простолюдина, я переговорю; они и так обо мне хорошего мнения, а после этой дуэли оно ещё больше укрепится: все увидят, что я свою честь готов отстоять в любой момент.

По предыдущим дуэлям Адам Янович помнил, что при подготовке к поединку его организм наполняется особой живительной влагой, приникающей в каждую клетку тела. Он называл этот «режим берсерка» и в прошлые разы ему приходилось «заводить» себя, чтобы перейти в такое состояние — противники были так себе и ненавидеть ничтожества было сложно. В этот раз «берсерком» он почувствовал себя на второй фразе выступления Первозванова в бильярдной и никаких усилий, чтобы удержать себя в боевом настроении, ему не требовалось. Покинув «Полигон», Адам по пути слегка разминал пальцы, сжимая и разжимая их. Легко подмахнув договор, княжич Радзивилл перешёл дорогу, бросил взгляд на предстоящее место поединка, удовлетворённо кивнул и выбрав пистолет, зашагал на позицию для стрельбы.

* * *

Я смотрю на то, как уверенно ведёт себя при подготовке к поединку княжич Радзивилл: сказывается его большой дуэльный опыт.

— Этот, — произносит Адам, и нотариус передаёт ему наган, а второй протягивает мне. Княжич, взяв пистолет, ловко его проверяет и после жребия направляется к своему флажку. Я тоже получаю пистолет. Меня начинает поколачивать: как-никак, мне предстоит убить человека. Впервые. Не случайно. А намеренно. Хотя я и случайно не убивал.

Но растекаться мыслями по древу времени нет, не до психоанализа. Уж кто-кто, а нотариусы знают: время — деньги. Двое нотариусов встают по ближним флажкам, один ровно по середине. И едва мы занимаем позицию, «центральный» нотариус просит доложить о готовности.

— Готов, — произносит Адам.

— Готов, — эхом отвечаю я.

— После хлопка можно сближаться и в любое время произвести выстрел, — кричит нотариус, стоящий по середине. Он поднимает руку и раздаётся сухой щелчок стартового пистолета.

Резко, но без рывков, вскидываю руку, быстро, почти мгновенно успокаиваю покачивание пистолета, прицеливаюсь. Вижу, что рука княжича Радзивилла ещё движется вверх. Нажимаю на курок. Раздаётся выстрел. Он оказывается не таким громким, как в тире, но всё равно через грохот по ушам, отдаче в руку, запаху пороха это действие заполняет весь мой мозг.

Вижу, что попал в княжича — он кулем резко падает на спину: на таком расстоянии пуля из нагана даёт ощутимый толчок. Падения не слышно, раздаётся только негромкий лязг пистолета.

Нотариус, стоящий ближе ко мне подаёт голос: — Андрей Первозванов выстрел произвёл.

Ближний к княжичу нотариус подхватывает: — Адам Радзивилл упал. Ждём пятнадцать секунд!

Через четверть минуты тот же нотариус произносит: — Дуэль приостановлена!

Они втроём приближаются к княжичу, и я слышу их громкие голоса, фиксирующие происходящее: — Адам Радзивилл ранен, видна кровь в районе головы. Он не шевелится и не делает попыток встать. У него выпал пистолет. Дуэль прекращена. Врачу, осмотреть больного!