Книга Дипломатическая академия, страница 84 – Алексей Урусов

— Таким образом, — глава тайной канцелярии приподнял и развёл руки, выражая недоумение, — неизвестно, кто и каким образом остановил избиение Андрея Первозванова со стороны слуг Адама Радзивилла и каким способом воздействовал, что нападавшие потеряли сознание. Осмотр не выявил на слугах каких-либо ушибов, следов уколов или других воздействий. Без Вашей санкции, — он взглянул на императора, — проводить дополнительное расследование и привлекать специалистов я не стал, чтобы не произошла утечка информации. Доклад закончил.

Император Николай Петрович Романов, заглянув в свои записи, покрутил пальцами ручку: — Спасибо. Претензий, что при нападении ваши сотрудники не оказалось рядом, к ним нет. Сопровождение было скрытым, и в местах, где людей мало или нет вообще, следовать рядом с объектом опасно. Продолжайте наблюдение и скрытую охрану. Доклады еженедельно, в срочных случаях — немедленно адъютанту. Благодарю за работу!

Глава тайной канцелярии быстро поднялся со стула, поклонился и произнеся: — Благодарю за высокую оценку, Ваше императорское величество, — направился на выход из кабинета.

Едва дверь закрылась, наследник престола Владимир Николаевич Романов произнёс: — С учётом сегодняшнего рассказа Осташева о спасении и жизни Андрея во Владимире, интересная картина вырисовывается: впечатление такое, что у Первозванова талант влетать против желания во всякие истории и потом благополучно из них выбираться.

— С Радзивиллами для него ситуация крайне сложной и опасной оказалась, — ответил император, — он и при нападении мог погибнуть, и на обеих дуэлях ему выигрыш не был гарантирован. И эта загадочная потеря сознания у нападавших. Или кто-то рядом был и ему помог, а потом скрылся? Ещё до того, как тайная канцелярия появилась?

— Мало вероятно, — засомневался наследник. — Тайная канцелярия всё видео, какое только можно было, собрала по его передвижениям. Ну и сами они его сопровождают постоянно и если бы кто-то находился в эти дни рядом, то обязательно бы засветился. Он везде один ездит, и пешком перемещается тоже.

Немного помолчав, Владимир Николаевич обратился к отцу: — Меня больше вот что волнует: дальше-то что мы с ним будем делать?

Николай Петрович, с досадой причмокнув, ответил: — Подумаем ещё. Парнем он, вроде, достойным вырос. Я бы сказал, что и с мозгами, и с характером, и с развитием не просто порядок, а полный порядок. Примеров признания бастардов полно. А он — полноценный Романов. Подумать надо, как его легализовать и в семью ввести. Ну и остальных членов рода потихоньку подготовить к этому событию. Дипломатическая академия — вполне подходящее образование для юноши с монаршим статусом. Пока он учится, время у нас есть. А ближе к выпуску или после него наши аналитики придумают версию почему мы его прятали и тогда и явим миру скрытый град Китеж — на радость всем православным.

Москва. Российская императорская дипломатическая академия.

Понедельник в академии, снова лекция для всего первого курса, раскланиваясь направо и налево и слегка улыбаясь, иду к своему месту — Никифор Воронихин и Иван Штерич уже сидят и между ними свободно: как раз для меня. Навстречу поднимается Яков Куракин; пожимая руку, он приобнимает меня: — Заставил ты всех поволноваться! Ты уж в дальнейшем особенно на рожон не лезь и береги себя. Ну и если помощь нужна, то учти — лучшие переговорщики именно в РИДА! И в любых других вопросах тоже.