Книга Дипломатическая академия, страница 87 – Алексей Урусов

Через несколько шагов ещё одна дверь, солдат или охранник; он без знаков различия, так что не понятно; вращает круглую баранку на двери, потом тянет её на себя. Дверь нехотя ползёт — она толщиной сантиметров двадцать. Перешагиваю порог, военный так же закрывает дверь и кивает: — Нам по переходу.

Длинным, метров в двести переходом, а может и больше, молча иду за сопровождающим. За поворотом оказывается такая же толстенная дверь, проходим через неё, впереди ещё одна; военный набирает код, за дверью — очередная дверь… Он набирает код, дверь открывается. Нас встречает человек в такой же форме.

Улыбнувшись и кивнув мне, он говорит: — Добрый день, Андрей Андреевич! Вас примет цесаревич Александр Владимирович Романов, следуйте за мной.

Что… следую.

Поднимаемся по лестнице; понимаю, что мы внутри какого-то здания. Открывается дверь — оказываемся в коридоре; подойдя к комнате, военный стучится, и услышав «Да», открывает дверь; показав мне рукой, вместе заходим, вижу, что из кресла встаёт цесаревич, солдат начинает набирать воздух в лёгкие, цесаревич ему машет рукой: — Вижу. Спасибо.

Мой сопровождающий пятится и выйдя, закрывает за собой дверь.

— Добрый день, Андрей Андреевич! Искренне рад Вас видеть!

Склоняю голову, отвечаю: — Благодарю за внимание ко мне, Ваше императорское высочество!

Уголки губ цесаревича слегка дёргаются, видимо, ему не очень нравится, когда к нему так эпично обращаются.

— Это моё секретное место… — слегка улыбается Александр Владимирович. — Ну, как секретное? Изредка здесь бываю, когда хочется отдохнуть вообще от всего. Я этот дом меньше года назад получил в подарок от бабушки… ээээ… императрицы Елизаветы Фёдоровны, на шестнадцатилетие. Раньше, когда-то, это был одноэтажный купеческий дом. А уже Тучковы надстроили второй этаж. Ну а по распоряжению бабушки его дальше доделывали и расширили двор. Я как раз во дворе подготовил место для тренировки из лука. Но вначале перекус.

Проходим на кухню. Присутствующая там женщина улыбается, расставляет посуду и выходит. Принимаемся за трапезу. Ем не спеша, как и цесаревич. Реально «трапеза», а не обед. Цесаревич рассказывает: — Времени и раньше было немного, а с сентября, как в военное училище пошёл, только в выходные в городе, а с учётом того, что какие-то официальные мероприятия проводятся, с семьёй надо пообщаться, родственников посетить. Бах — вечер, пора в казарму! В академии, наверное, проще? Там же полдня и вечер свободен? — задаёт он вопрос мне.

— Да, — согласно киваю. — Мне вообще в этом отношении очень классно. У меня квартира на Остоженке, недалеко от дипакадемии, буквально четыреста метров идти.

Слушая мой рассказ, цесаревич согласно кивает, периодически показывая на какой-нибудь салат или горку котлет.

Подкрепившись, выходим во двор, который оказывается крытым. Точнее — накрытым какой-то тканью и маскировочной сеткой. На заборе закреплены мишени. Достаю из чехлов луки; один для себя, второй — цесаревичу. Александр Владимирович говорит, что с удовольствием постреляет из моего. Около часа тренируемся. Цесаревич интересуется какими-то нюансами; понятно, что с луком он знаком неплохо. Отвечаю на его вопросы по «проблеме Радзивиллов» и в целом о моей жизни. Возвращаемся в дом, пьём чай из душистых трав. Перед уходом, со словами: — Замри и посмотри туда! –цесаревич подводит меня к небольшому блоку.