Онлайн книга «На пути к инициации»
|
* * * Я не плакал. Я выл. Так воют волки на Луну, понимая, что они ничего изменить не могут и просто высказывают свою тоску и несогласие с жизнью. Евич, конечно, прав. Он великий хирург и спас сотни, если не тысячи, солдат и офицеров. И он воспринимает жизнь такой, какая она есть — с её светлой и тёмной стороной, радостями и бедами. С её несправедливостями. Я пока так не могу. Я сидел в своей комнате в госпитале, и, заткнув рот белым больничным полотенцем в мелкую вафельную клетку, не плакал, а выл. Было в этом что-то первобытное, шедшее из глубины. Очищавшее меня от груза, который я тащил на себе все эти дни. Сегодня я имею право плакать. Мы с Евичем подвели итоги, моя помощь больше не нужна, тринадцать морпехов идут на поправку, к ним пускают посетителей, и родственники приезжают, радуясь и лохматя свежепостриженный ёжик на головах своим сыновьям, братьям и мужьям. Я тоже буду радоваться, что этим тринадцати смог помочь, но я буду делать это завтра. А сегодня я должен проститься с теми тремя, кому помочь оказался не в силах. Потому что раньше я проститься с ними не мог — я был медицинским инструментом, без чувств и эмоций. Был скальпелем, ингалятором и насосом. И вот через это, стиснутое в зубах полотенце, заглушающее мой вой, я снова превращаюсь в человека. * * * Оказалось, уже середина июня… Владимир. Управление внутренних дел по Владимирской области. — Так, понятно. Хреновенькая ситуация, неоднозначная, — начальник УВД тяжело откинулся в кресле. — Продолжаем совещание, начальник службы собственной безопасности, Вам слово, товарищ подполковник. Подполковник полиции, начальник ССБ раскрыл папку: — Сотрудники отделения полиции в случае с дуэлью дворянина Первозванова и простолюдина Сауляка изначально действовали с превышением своих полномочий. Зайдя на территорию гостиницы, они должны были убедиться, что травма гражданина Сауляка получена им в результате поединка, не в драке или какой-то иной бытовой ситуации и реально подпадает под действие дуэльного кодекса. И на этом правовые основания их нахождения на территории, являющейся частной собственностью, исчерпывались. Выставление поста у кабинета пострадавшего с целью проведения обыска не имеет юридического обоснования, так как в соответствии с законодательством, всё, находящееся на территории гостиницы, является собственностью владельца, в данном случае Первозванова и обыск должен проводиться по его просьбе и под его контролем, а не по собственной инициативе полиции. Юрист владельца гостиницы верно это подметил и настоял через нашу службу на том, чтобы расследование было передано в район по месту проживания Первозванова. Также установлено, что непосредственно перед отправкой группы сотрудников в гостиницу, начальник отделения полиции позвонил бывшему владельцу гостиницы графу Литвинову и у них состоялся разговор, длившийся почти четыре минуты, что усиливает подозрения в их внеслужебных связях. В больницу из отделения полиции были направлены два молодых сотрудника, работающие в органах менее года, с задачей предотвратить побег пострадавшего. Охрана раненого от посторонних лиц в обязанности им не вменялась. Поэтому, будучи уверенными, что состояние не позволяет ему сбежать, полицейские покинули пост для ужина. За время их отсутствия, неизвестный проник в палату и вколол Сауляку лошадиную дозу ибупрофена, от которой у него произошёл обширный инфаркт. Меры по спасению больного были приняты с запозданием и положительного эффекта не дали. Доклад закончил. |