Книга На пути к инициации, страница 122 – Алексей Урусов

Отвечаю: — Да, готов, конечно, в любое время.

— Тогда, лучше прямо сейчас. Я их приведу в сквер около лицея, мы будем ждать тебя.

Захожу в сквер, вижу небольшую группу; среди них — Влад Аланкин и Касаткины.

Влад с ходу приступает к делу: — Андрей Андреевич, разрешите представить Вам моих друзей — барона Петра Касаткина и его брата, Павла Касаткина.

— Петр Петрович, Павел Петрович, искренне рад знакомству с Вами.

Вижу, что Касаткины смогли немного расслабиться. Мы заранее обговорили с Владом, что он представит Касаткиных по именам, а я поздороваюсь по имени-отчеству — тем самым я проявил уважение к ним и информированность об их семействе. Такие вот дворянские заморочки, которые, вроде бы и детали, но все эти маленькие детали, в конце концов, и складываются в отношения между родами.

— Андрей Андреевич, я лично с Вами знаком не был, но по совместной учёбе и отзывам людей, которым я доверяю, составил о Вас мнение, как о человеке, который крайне щепетильно относится к вопросам чести, и безукоризнен во всём, что касается поведения. Вы уже извещены, что мой дед, барон Касаткин и дворянское семейство Латышевых достигли договорённостей о заключении моей помолвки с Еленой Латышевой. В связи с этим, я бы хотел услышать от Вас заверения, что Вами не предпринималось в отношении неё никаких действий, которые могут в будущем её скомпрометировать.

Вижу, что Петр нервничает и крайне напряжён. Не сомневаюсь, что эту речь он заранее отрепетировал — все слова должны быть такими, чтобы не оставить двойных толкований и конкретно поставить вопросы, на которые Касаткины хотят получить ответы. Но эта конкретика в вопросах должна быть такой, чтобы, в свою очередь, не обидеть меня и не задеть уже мою честь. Тонкая дворянская эквилибристика…

Я, собственно, тоже ответ подготовил заранее: — Петр Петрович, полностью убеждён, что в моих заверениях Вы не нуждаетесь, так как Елена Львовна Латышева благовоспитанная девушка и никогда не давала повода в этом усомниться. Наши с ней отношения не выходили за рамки дружеских и более являлись взаимопомощью, чем дружбой — она наставляла меня в танцах и манерах, и почти все эти занятия проходили у них дома, за исключением тренировок в бальном зале Дворянского собрания, где мы пробовали паркет перед новогодними балами; я же оказывал ей помощь в некоторых точных предметах, облегчая их усвоение. Понимаю, что мой ответ должен быть более односложным и кратким, поэтому сформулирую эту же мысль предельно чётко: моё отношение к Елене Львовне на протяжении всего знакомства было дружеским и никогда не выходило за эти рамки.

Касаткин делает шаг вперёд, протягивает руку, пожимает мою: — Андрей Андреевич, благодарю Вас, что нашли время для общения со мной. Надеюсь, в кампаниях ещё увидимся. Честь имею.

Он немного склоняет голову, его брат и остальные присутствующие тоже, я в ответ полуулыбаюсь и немного киваю в ответ. Касаткины с друзьями в сопровождении Влада Аланкина удаляются, и он перед тем как повернуться, успевает показать мне большой палец, сигнализируя, что всё прошло как надо.

Я тоже облегчённо вздыхаю. Вот же, женщины. Ничего не было, но ты уже априори под подозрением. А если бы что-то было? И ЧТО могло быть?

Владимир. Гостиница «Золотое кольцо».