Книга На пути к инициации, страница 27 – Алексей Урусов

Как и на белом облаке, здесь меня удивил «сплав номер восемь»: там именно в эти шарики я научился «загружать» небольшие энергетические нити. Здесь я был поражён тому, что одна из нитей, без какого-либо усилия с моей стороны, подлетев к шарику, сама стала в него ввинчиваться, пока полностью не исчезла в нём.

Подношу шарик к месту выхода нитей из земли, вожу над ним и ещё одна узкая полоска присасывается к шарику и начинает закачиваться в него. В энергетическом зрении вижу, что находящиеся в шарике нити продолжают хаотично летать внутри. Почему? Как? Одни вопросы. Надо будет поизучать этот сплав, а лучше — заказать несколько вариантов с разным соотношением компонентов. Может, что и выгорит. Записываю в дневник результаты поездки и сворачиваюсь — конечно, ещё не вечер, но до Владимира пилить и пилить. Я очень рассчитывал, что какая-нибудь из лент проявит свою «активность» в отношении Анатолия Дмитриевича и впитается в него. Но, увы, этого не произошло. Или облако какое-то не такое, хотя титановые шарики ведут себя так же, как и в белом облаке, или у моего воспитателя магический фон не подходящего профиля. А может, ему просто не нужна сейчас подпитка. Или что-то ещё.

Владимир. Дом Перловых.

Похоже, что Геннадий Алексеевич ждал меня в гостиной — обычно он приезжал с работы к ужину, а сегодня прибыл минимум на пару часов раньше. Так и оказалось. Пригласив меня присесть, он сразу же обозначил тему разговора: — Андрей, ты в последнее время очень много времени проводишь в городе. И у меня сложилось впечатление, что ты пытаешься найти тех парней — нападавших на тебя в конце августа. Может, ты проявишь милосердие и их простишь?

Я смиренно ответил: — Как верующий христианин, я обязан быть милосердным, и я их давно простил. Они, хоть и твари, но твари Божьи. И сострадать я им буду, и свечку поставлю за их скорейшее выздоровление.

— А они болеют? — удивился Геннадий Алексеевич.

— Заболеют, гарантирую. Я, как находящийся под опекой в дворянской семье, обязан отстоять свою честь. Иначе я буду осознавать, что я недостоин быть дворянином; и, более того, если станет известно, что я уклонился от попыток их найти, то любой дворянин будет считать, что своим бездействием в отношении нападавших, я демонстрирую, что и семья Перловых мало озабочена вопросами чести. Поскольку нападение на меня было не публичным, да и доказательства нападения у меня хлипенькие, я вынужден следовать заданному тренду: у меня остался только один способ — отлавливать их и избивать. Лучше бы, конечно, если бы они группами ходили по двое или по трое. Тогда я быстрее закончу и не буду время тратить на пустые поиски. Обещаю: никакой жестокости и необузданности проявлено не будет. Я к процессу подойду с чисто христианским смирением и строгим соблюдением библейских заповедей — око за око, зуб за зуб. Воздаяние за содеянное будет справедливым. Кроме того, мне крайне важно разобраться в причине нападения. Я её так и не знаю.

* * *

Вечером, сидя на небольшой уютной кухне, ставшей ещё более уютной после обновления занавесок, супруги Перловы обсуждали итоги дня. Естественно, Оксана Евгеньевна спросила мужа о диалоге с Андреем; к согласию о том, что с Андреем нужно поговорить, они пришли накануне: — А что Андрей? Как ты с ним сегодня побеседовал?