Книга На пути к инициации, страница 30 – Алексей Урусов

Резко звучит гонг, главный судья громко в микрофон произносит: — Бой! Сходитесь!

Лука и Михаил под кричалки с трибун, в которых скандировались их имена, почти бегом устремляются навстречу друг другу. Когда между ними осталось несколько метров, трибуны резко замолкли и сабли дуэлянтов соударялись в полной тишине.

Сразу же после этого трибуны вновь взорвались криками и аплодисментами, и я не мог понять их причины: один удар ничего не решает, поединок только начался, не понятно — кто побеждает. Чему аплодировать? Сиди, смотри, анализируй. Или так люди выплёскивают собственное напряжение? Опять же: какое у них напряжение — они же на трибунах, простые зрители?

Мастерство сражающихся на поле, и впрямь радовало, особенно высокий класс демонстрировал Македонец: сабли в его руках превратились в два сверкающих круга, которые периодически высекали искры из сабли Михаила или его щита. Думаю, интервал между ударами, сыпавшимися на Саворняна, был с четверть секунды, а может, и ещё меньше.

Савелий тихо прошептал: — Недавно на занятиях по физкультуре нам показывали клип с джигитовкой — как пример, чего можно достичь при прилежных занятиях. Так вот, по сравнению с Македонцем, то выступление — это жалкие потуги сонной черепахи на третьем сроке беременности.

Мы с Прохором негромко фыркнули. Савелий в их дуэте вообще был более говорливым и за словом в карман не лез, выдавая периодически перлы, которые стоило запомнить, чтобы использовать в подходящей ситуации.

Михаилу Саворняну приходилось нелегко; было видно, что он защищается, почти не нападая, и на первой же минуте поединка пару ударов пропустил. Понятно, что карбоновая и кевларовая защита и накладки прочные, но удар саблей даже по защите — это всё равно больно. Мне было интересно: как долго Лука Протасов сможет вести такой «македонский» бой — он с первой секунды поединка взвинтил его до очень высокой скорости и долго так сражаться не получится — какой ты не будь супертренированный, всё равно устанешь.

Прошло минуты три поединка, и по рисунку «танцев» дуэлянтов было видно, что они устают. Это только в фильмах можно биться часами и несколько раз подниматься после нокаутов или тяжёлых ранений. В реальной драке большинству хватает одного сильного удара, который выключает их из процесса.

Понять, снизил ли темп Македонец можно будет позже — искусственный интеллект посчитает число ударов саблей и поделит на этапы.

Не сказать, что я отвлёкся от боя — просто неожиданно в центре манежа возникло облако из тумана, мгновенно окутавшее Луку и Михаила; секунду спустя из облака выкатился Саворнян, а внутрь облака, по Луке, со всех сторон полетели сосульки. Помимо тумана, над манежем и вокруг него летала мелкая снежная крупа, снежинки и хлопья. На небольшой высоте над манежем снежные крупинки возникали из ниоткуда, они медленно падали вниз, где их подхватывал поток воздуха. И было впечатление, что Михаил специально закручивает снежинки, чтобы создать для Луки как можно больше помех.

— Я же сказал, что надо ждать сюрпризов! — восторженно прошептал Савелий. — Миша воду применил, он водяной, создал туман и снег; он сам в тумане отлично видит, и сейчас сосульками бьёт по Луке.

Реально, сосульки из ниоткуда возникали по всему периметру манежа и даже в его верхней части, и как разъярённые осы устремлялись внутрь облака.