Книга На пути к инициации, страница 98 – Алексей Урусов

— Я дворянин, Вы меня оскорбили. Я привлеку Вас к ответственности.

— И что ты сделаешь, побежишь опекунам в фартук плакать? — Сауляк заржал, видимо, посчитав свою шутку остроумной. Причём, реально не засмеялся, а заржал. Я, конечно, коней люблю, хорошей лошади многое готов простить, но не до такой степени.

— Я считаю это оскорбление смертельным и вызываю Вас на дуэль, — чувствую, что Михаил Генрихович слегка дёргает меня за пиджак, но понимаю, что точка невозврата пройдена и я теперь обязан организовать дуэль.

— Ты? Со мной? Да я в пограничных войсках служил! И на своей заставе был среди лучших фехтовальщиков, призы брал! Ты сколько лет с холодным оружием обучаешься — год? Да и масса у тебя, как у ягнёнка. Раскатаю тебя как танк червяка за три минуты!

— Тогда Вам бояться нечего, или есть сомнения?

— Я-то готов, хоть сейчас!

— Тогда я вызываю Вас. Здесь и сейчас!

— Дитё! Моя сабля вон висит, — кивнул он на стену. — А тебе что: столовый нож принесут? Мальчик, ты хотя бы знаешь, что для дуэли нужны секунданты? И хотя бы общий порядок проведения поединков представляешь? Дворянский букварь дать? Там как раз на букву «Д» про дуэль написано.

Разворачиваюсь к Дитерихсам: — Михаил Генрихович пригласите трёх нотариусов из ближайших контор. За час работы я заплачу им как за полный рабочий день. Виктор — обращаюсь к младшему Дитерихсу, — у меня в машине лежат мои «македонские» сабли. Принеси обе.

Поворачиваюсь к Сауляку: — Дуэль проведём во дворе, как только придут нотариусы. Согласно дуэльным правилам, присутствие трёх нотариусов разрешает проведение поединка без секундантов. Вы можете начинать разминаться.

— Я помимо сабли, ещё розги припасу. После того, как выбью твои сабельки, я тебя выпорю, чтобы знал, как старшим грубить.

Сняв саблю со стены, Сауляк вышел из кабинета.

— Андрей, ты с ума сошёл! Мы же договаривались; тебе нужно было просто развернуться и выйти! — обращается ко мне Михаил Генрихович Дитерихс.

— Не успел. Он же сразу оскорблять начал. А после первого оскорбления уходить было поздно — я бы просто потерял лицо.

— Ты надеешься его победить? Он, конечно, не очень высокий, но всё равно выше тебя. И веса в нём гораздо больше ста килограммов!

Подошедший Виктор Дитерихс вкладывает в мои руки сабли. Рукояти приятно холодят руки. Отвечаю: — Чем больше шкаф — тем громче падает. Я не буду его подпускать, пока он не устанет.

Дитерихс качает головой: — Он тебя снесёт на первой же минуте.

— Ладно, я во двор, надо тоже размяться.

Выхожу во двор, вижу, что Сауляк лениво размахивает саблей. У него почти круглое лицо; массивная коренастая, но уже подзаплывшая жиром, фигура; короткий седоватый ёжик на голове; приплюснутые уши. Сомневаюсь, что в последние годы он тренировался для поддержания навыков. И это мой шанс.

Минут через десять появился третий нотариус, необходимый для фиксации действительности дуэли, они, собравшись группкой, что-то обсуждают. Пока их ждали, надиктовывали данные об участниках дуэли, я немного успел размяться и разогнать кровь.

Так что как только старший из нотариусов сказал: «Бой!», мы с Сауляком начали сходиться. Он, в самом деле, быстро начал атаку, но я успевал уходить от его выпадов: бил он сильно, но медленно. Обычно его сабля свистела там, где я стоял за секунду до этого, иногда я своими клинками отбивал его удары или отклонял его удар. Так себе у него навыки, прошлый век. Одёргиваю себя: размышлять и расслабляться будем после поединка. Сейчас — всё внимание на врага: самое страшное — недооценка!