Книга Хроники Тириса. Книга 1, страница 23 – Василий Маханенко

— Если так пойдёт, будем копать землю, как Арданы, — пробурчал кто-то.

— Землю копать лучше, чем гореть в вакууме, — отозвался другой. — Имперцы не просто так сюда заявились! Значит что-то им здесь надо! Так что язык прикуси!

У главного терминала дети запускали дрона-игрушку, но та едва поднималась, пищала и падала. Мальчишка сердито стукнул по корпусу.

— Опять питание сдохло. Всё сдохло.

Я остановился. Поймал себя на том, что хочу сказать что-то вроде «держись», но язык не повернулся. Слишком много всего уже сдохло.

На верхних экранах космопорта шли новости. Имперские символы сливались в сплошной нечитаемый текст, а диктор говорил спокойным голосом:

«Империя Тирис приносит соболезнования семьям погибших при разборке станции „Арка-7“. Вмешательство ксорхианских технологий признано форс-мажором. Помните, что безопасность граждан — приоритет Империи».

Безопасность. Как бы не так! Видел я эту «безопасность». Безальтернативный приказ, холодный луч и яркая вспышка. Имперцев не волновало, что на станции остались люди. Они выполняли приказ.

— Каэль, у тебя двадцать и одна десятая килограмма, — в динамиках послышался голос приёмщика. — Подтверждаешь? Оплата по старой схеме?

— Подтверждаю, — ответил я. — Деньги переводи на мой счёт.

— Принято! — произнёс приёмщик и отключился.

Так всегда. Империя могла стереть станцию с лица орбиты, но космопорт всё равно работал, как будто ничего и не случилось.

— Каэль, занят? — в динамиках послышался хрипловатый голос Роана, механика, что обслуживал мой корабль. Он редко дёргал меня без причины, значит, случилось что-то из ряда вон.

— Всё плохо? — спросил я.

— По десятибалльной шкале потянет баллов на двенадцать, — ответил он без тени шутки. — Если не занят, вернись в ангар. Поговорить надо.

Вздохнув, я развернулся. «Северный Ветер» был единственной вещью, что по-настоящему принадлежала мне, так что приходилось о нём заботиться.

Ангар встретил меня привычным шумом и запахом раскалённого металла. Здесь всегда пахло одинаково. Кто-то ругался у соседнего бокса, кто-то лупил по панели гаечным ключом. Пусть даже перевернётся весь мир, у механиков всегда всё будет привычно.

— Ты глянь, ни царапинки! — донёсся знакомый голос из-под корпуса. — Младший Ардан вернулся живой. Думали, тебя уже фазовым сплавом посыпали.

Из-под фюзеляжа выкатился Роан — лысый, в застиранном комбинезоне, с вечной тряпкой за поясом. Он посмотрел на мой корабль и тяжело выдохнул.

— Каэль, мы давно знакомы, поэтому давай я не буду рассказывать, какой ты талантливый добытчик и как твой корабль держится молодцом. Ладно? — Он махнул рукой. — Пошли, буду показывать.

Роан пошёл вокруг корабля, попутно перечисляя неисправности, будто зачитывал приговор:

— Стабилизаторы расплавились, трещины на киле, правая тяга держится на честном слове и полустёртом болте. Левая обшивка вздулась от перегрева, крепления правого двигателя болтаются, фильтры забиты сажей, топливная магистраль в трёх местах просела. Дальше — корпус. Видишь вмятины? Датчики полёта вышли из строя, и автопилот теперь слеп, как крот.

Он присел, постучал по одной из створок. Металл ответил глухим звуком.

— Ну и, конечно, гермошвы. Половина с микротрещинами. Ещё немного — и тебя просто высосет в вакуум, если снова полезешь туда, где не положено.