Книга Хроники Тириса. Книга 1, страница 24 – Василий Маханенко

Роан поднялся, вытер руки о тряпку и, уже не глядя на корабль, добавил:

— В общем, чудо, что ты вообще долетел. На моём веку я видел десятки таких стариков, но этот — первый, кто после таких повреждений ещё дышит. Но это, Каэль, ещё не всё. Готов к «главному»?

Мне оставалось только кивнуть, так как я прекрасно понимал, что у нас за «главное».

Роан вытащил из контейнера мой скафандр и разложил его на полу. Повреждение на груди выглядело жутко. Материал оплавился, слои внутренней обшивки расползлись, а край высох, словно металл сожгли изнутри.

— Не жилец, — жёстко сказал Роан. — Я даже в ремонт это не возьму. Проще новый купить, чем возиться с этим.

Он нагнулся ближе, посветил фонариком, поводил пальцем по оплавленной кромке и нахмурился.

— Странная штука… не похоже ни на плазму, ни на реактивную химию. Материал будто съеден, а не расплавлен.

Он выпрямился, глядя на меня исподлобья:

— Каэль, скажи честно — куда ты влез?

Я только пожал плечами. Отвечать не хотелось. Вообще ничего не хотелось.

Роан какое-то время молчал, будто ждал, что я что-нибудь объясню. Когда понял, что не дождётся, только фыркнул и пошёл к пульту.

— Ладно, твоё дело. Но если я правильно вижу, этот костюм пережёг кто-то или что-то не из нашего списка опасностей. И это меня, знаешь ли, пугает.

Он включил диагностический проектор — над панелью вспыхнула жёлтая сетка, повторяющая контуры повреждения.

— Видишь? Пятно неравномерное, будто что-то проползло под внешним слоем. В некоторых местах сплав расслаивается, а в центре — как будто… — он поискал слово, — испарился.

— Может, плазма? — предложил я.

— Нет, — покачал головой Роан. — Плазма оставила бы радужный нагар. Тут другое. Что-то, чего я не понимаю. А я не люблю, когда что-то непонятно.

Он выключил проекцию, швырнул тряпку на стол и сказал:

— В общем, списывай. Даже если заклею — при первом перегреве пробьёт снова.

Я кивнул, но внутри всё сжалось. Этот костюм был больше, чем просто броня. Он помнил мой первый вылет, когда я едва не спалил манёвровый модуль. Помнил, как я падал на обломках станции, как вытаскивал себя из шлюза чужого корабля. Он был моим вторым телом. И теперь от него осталась только оболочка — тонкая и мёртвая.

— Ладно, я что-нибудь придумаю, — сказал я, подбирая скафандр с пола.

— Не вздумай экономить на жизни, Ардан, — буркнул Роан. — Второго шанса тебе никто не даст.

Он вернулся к пульту, полистал пару панелей, что-то пробормотал себе под нос, и рядом с ним вспыхнул голографический счёт. Я даже не успел сфокусировать взгляд, как цифры начали расти. Медленно, но неумолимо.

— Это что? — спросил я, когда шкала добралась до неприличных величин.

— Это, — с деловым видом ответил Роан, — минимальный расчёт по восстановлению твоего корабля. Детали, работа и диагностика.

— Да я за эти деньги новый корабль куплю! — ошарашенно произнёс я. — С навигацией, живыми фильтрами и даже креслом, которое не скрипит.

— Купишь, — спокойно согласился Роан, — только не здесь.

Он ткнул пальцем в счёт.

— Имперцы перекрыли поставки. С ближайших верфей всё идёт под их заказы. Так что свой «новый» корабль ты получишь лет через десять. Или через двадцать.

Я прошёлся взглядом по обшивке «Ветра». Металл поблёскивал сварочными швами, а на правом борту, под слоем копоти, виднелась старая надпись — стёртая, но всё ещё читаемая: «Небо принадлежит тем, кто не ждёт разрешения».