Книга Хроники Тириса. Книга 2, страница 16 – Василий Маханенко

Элиас молчал. Пальцы медленно постукивали по подлокотнику кресла. Единственный признак того, что слова сына его задели.

— Группы можно набрать заново, — произнёс он наконец. — Меня больше волнует судьба барона. Впервые за последние тридцать лет я даровал кому-то титул и вообще впервые лично вручил Крест Героя. В моём секторе нет активных боевых действий, нет героев. А за то, что произошло пятьдесят четыре года назад у Гипериона-7, следовало не награждать, а казнить. А тут такой случай, которым я не мог не воспользоваться. Молодые герои — отличный символ для того, чтобы демонстрировать его в виде знамени, за которым можно идти.

— Для всех твоё решение наградить Золотого было неожиданным, — произнёс Арис. — Многие восприняли это как знак, что времена меняются. Что даже в твоём секторе могут появиться герои. А это не нравится тем, кто привык к стабильности.

— И императору тоже, — добавил Элиас.

— И императору, — согласился Арис. — Он не любит перемен, которые не контролирует. А ты, отец, создал перемену. Новый род. Новый барон. Наша ветвь получила слишком много сил и влияния, поэтому император решил напомнить нам наше место.

— Ты слишком спокоен для того, кто вытащил парня из фронтира, — заметил Элиас. — Уже списал его?

— Списал? — брови Ариса взлетели. — Нет, отец, никого я не списывал. Знаешь, кроме потенциальной потери Лирэн, в этой ситуации меня больше всего беспокоит то, что мне придётся отпустить учителя, которого я нанял для Каэля. За эти три месяца я хотел обучить парня манерам, присущим аристократам. Обучить его основам политики между домами. Научить, как держаться на приёмах, как не опозориться на первом же балу. Теперь придётся корректировать планы и думать, как обеспечить его обучение уже во время учёбы в академии. Во всём остальном проблем нет.

— Объяснись, — холодно потребовал Элиас. Он не повышал голос, но такая резкая смена тона была равносильна крику. — Ты говоришь так, словно они уже вернулись.

— Ты читал мой отчёт, — произнёс Арис. — У Золотого есть то, что не поддаётся логике. Я назвал это аномальным везением. Причём оно окутывает не только его одного, но и распространяется на всю его группу. Посмотри сам. Император почти поглотил девочку из ветки Дорнов, но вмешалась случайность. Ей повезло, что он увидел символ Соларионов и сумел совладать с жаждой. Одна секунда задержки — и она была бы мертва, но символ нашего дома остановил императора. Случайность? Может быть. Но таких случайностей слишком много. Повезло здесь, повезло там. Мелочи, из которых складывается успех. Но когда мелочей становится слишком много, это уже не мелочи. Так что я даже рад, что Золотого и его группу выделили в официальную команду наёмников. Когда они закончат академии, останутся единой группой, а не разбредутся по разным концам Галактики.

— Неожиданно слышать слова о везении от человека, который опирается только на факты и подтверждённые данные, — заметил Элиас.

— Я не верю в везение как философскую концепцию, отец, — ответил Арис. — Но я вижу аномалию. Группа из девяти необученных детей выжила там, где погибли матёрые десантники. Они выполнили задачи, которые были им не по силам. Это аномалия. Раз так, то это моя сфера ответственности. У Соларионов аномалиями занимаюсь я.