Книга Хроники Тириса. Книга 2, страница 2 – Василий Маханенко

Шаттл приземлился настолько мягко, что я даже не сразу понял, что мы прилетели. Даже самостоятельно управляя «Северным Ветром», у меня никогда не получалась такая нежная посадка. В учебке же нас просто вышвыривали в десантных капсулах на планету, надеясь, что мы не сдохнем. У военных о комфорте никто не думал.

Так что, когда начал открываться трап, я даже запаниковал. Решил, что это какой-то сбой и сейчас меня унесёт в космос. Но, когда внутрь хлынул освежающий воздух Инвикты, страхи улетучились. Голова закружилась и на какое-то время перед глазами заплясали круги. Такой идеальный воздух мне доводилось вдыхать только внутри малой базы предтеч. Хотелось дышать полной грудью, позабыв о всём остальном.

— Барон Золотой, — ко мне подошёл обычный гражданский, на груди которого сиял символ дома Соларионов. — Добро пожаловать на Инвикту-Прайм. Следуйте за мной.

Любой любознательный житель империи знаком с таким понятием, как «врата предтеч». Научных передач, описывающих их принцип работы, было так много, что они порой противоречили сами себе. Но суть всегда была одинаковой. Врата — это прокол пространства. Две точки, разделённые километрами или даже световыми годами, объединённые в одну. Словно кто-то взял лист бумаги, нарисовал кружочки на разных концах, а потом согнул лист так, чтобы объединить эти кружочки. По официальной версии учёные никак не могли воспроизвести эту технологию. Только использовать найденные артефакты.

Врата представляли собой огромные механизмы, через которые могли пройти малые и средние крейсера. Флагман Соларионов, конечно, не сможет протиснуться через подобный артефакт, даже если будет задевать края, но более мелкие с лёгкостью попадут из одной точки пространства в другую, перемещаясь за доли мгновения на несколько десятков, а то и сотен световых лет.

Но здесь, на Инвикте-Прайм, врата оказались другими. Не такими, как их показывали во всяких передачах. Они были маленькими.

Это была арка из зелёного камня, идеально вписывающаяся в воздушно-лиственное безумие этой планеты. Примерно три метра в высоту, столько же в ширину. Достаточно, чтобы человек любого роста и комплекции прошёл свободно, не нагибаясь и не протискиваясь.

Сквозь арку я видел освещённый мягким светом коридор из белого камня. Причём видел его так чётко, будто он находился в двух шагах от меня. Но за аркой, как и по бокам от неё, всё ещё была поляна. Трава. Деревья. Фонтан метрах в десяти справа.

Врата не мерцали. Не искажали изображение. Они просто показывали другое место.

У меня даже в горле пересохло. Одно дело видеть подобное в передачах, другое — столкнуться с подобным лицом к лицу.

— Проходите, барон, — произнёс мужчина. — Восточное крыло находится в трёх тысячах километров отсюда. Так быстрее.

Он шагнул в арку и мгновенно оказался в коридоре. Ни исчезновения, ни красочных эффектов. Просто шаг и мгновенный перенос за тысячи километров. Я подошёл ближе и вытянул руку. Пальцы прошли через арку, не встречая препятствий. Просто воздух. Разве что чуть более прохладный, чем здесь.

Сделав шаг, я обернулся. Через врата был виден зелёный космопорт. Трава. Фонтан. Деревья. Птица села на ветку прямо в поле моего зрения. Тысячи километров, но я видел её так, будто она в нескольких метрах.