Книга Хроники Тириса. Книга 4, страница 112 – Василий Маханенко

«Малый форт предтеч», — заявил Эхо. — «Странно, я думал, что здесь будет как минимум средний. Неужели Кироны прибыли сюда ради этого?»

«Увеличь форт», — потребовал я, заметив что-то странное.

Эхо выполнил приказ и перед моими глазами предстало сооружение предтеч, в аналоге которого мы провели какое-то время. Вот только на Гиперионе-7 у нас был целый и рабочий форт, пусть и скрытый Пожирателем. Здесь же ксорха уже не было. Он не требовался, так как верхушка строения отсутствовала — её уже уничтожили. Или растворили, я не очень большой знаток того, как правильно работает Пожиратель.

Важно было то, что в самом центре находилось существо, из головы которого выходили красно-бурые нити. Оно сидело там, где когда-то, по всем моим познаниям, находился командный модуль. Вернее, не сидело. Оно было вплетено в переплетение красно-бурых нитей, уходящих от его головы во все стороны, словно корни древнего дерева. Нити расползались по полу и стенам, ныряли в щели обглоданного корпуса и уходили ещё дальше — туда, где пульсировала биоткань падальщиков.

Я подлетел ближе и завис в десятке метров, разглядывая находку. Выглядело существо так, словно кто-то когда-то увидел человека, пересказал другому, тот третьему и уже четвёртый попробовал нарисовать его по собственному усмотрению. Тело было до неприличия хрупким, словно его обладатель никогда не знал, что такое гравитация. Конечности оказались такими тонкими, что возникло стойкое ощущение, что они сломаются от собственного веса. Узкие плечи переходили в невзрачный торс, напоминающий грудную клетку истощённого ребёнка. Физическая сила, судя по всему, была последним, в чём нуждался этот организм. Мышцы на нём отсутствовали как класс, а жировой прослойки, похоже, не было изначально. Кожа давно потеряла цвет, превратившись в серовато-восковую плёнку, под которой проступали сухие тёмные сосуды. На теле не было ни единого волоска, а четыре длинных пальца на каждой руке заканчивались чем-то вроде подушечек.

Но всё это меркло на фоне головы существа. Она была непропорционально огромной по отношению к телу, и занимала треть всего, что можно было назвать «ростом» существа. Лоб уходил далеко назад, переходя в продолговатый купол, в котором, если верить пропорциям, помещался мозг раз в пять крупнее человеческого. Глаза располагались так широко, что между ними спокойно уместились бы ещё одни, а на месте носа и рта были лишь едва заметные щели, словно этому существу дышать и есть было не так и обязательно.

И именно из этой чудовищно непропорциональной головы росли красно-бурые нити, превращая существо в центральный узел безумной ксорхианской паутины. Выглядело это так, словно какой-то паразит пророс в мозг существа, пустил свои корни и начал использовать чужой разум как фундамент для собственной жизни. И длилось это, судя по состоянию тела, не одну тысячу лет.

«Эхо, я начинаю беспокоиться о твоём самочувствии», — заявил я, осознав, что мой личный бред подсознания молчал уже несколько минут. При том, что здесь поговорить было о чём. Не каждый день нам удаётся увидеть подобное безумие.

«Подожди», — тон Эхо стал каким-то необычно серьёзным. — «Ко мне только что пришло понимание, что это такое. Вернее, „кто“ это. И мне требуется время, чтобы осознать это новое знание. Это предтеча. Представитель расы, которая покорила пространство задолго до того, как твои предки научились разводить огонь. Вот он, во всей красе, которой уже давно нет».