Книга Дождись меня в нашем саду, страница 130 – Ульяна Черкасова

— Не хотите предупредить, что может случиться? Мы разве идём не в обычную корчму? Я думал, за жизнь надо будет переживать уже после, когда мы попрёмся бить в этот ваш вечевой колокол.

Сжав покрепче руку Кастуся, Велга вздохнула:

— Они должны «Весёлому кабанчику» кучу денег.

— Не-а. – Белый помотал головой. – Мы все должны «Кабанчику» денег. Ты тоже.

— Я?!

— Да, ты. – Он скрестил руки на груди. – Платье кому продали?

— Разве это был не подарок?

— С какого хрена мне дарить тебе подарки? Ты чё, моя баба?

— Я вообще не баба, – процедила Велга. – Для тебя: господица Велга.

— Госпожа, – поправил Белый. – Конечно, понимаю, ты замуж так часто выскакиваешь, а твои мужья так быстро сбегают, что тяжело привыкнуть, но надо как-то постараться…

Раздражение в груди росло всё сильнее. Они теряли время на глупые споры, а солнце всё ниже и ниже опускалось над городом.

— Ладно, – бросила недовольно Велга. – Я возмещу весь ваш долг…

— Наш долг, – поправил Белый.

— Весь наш долг, – вкрадчиво, таким сладким голосом, что стало приторно, произнесла Велга. – Раз вы такие жмоты…

— Мы не жмоты, милая, – жалобно пролепетал Вадзим. – Мы нищеброды. И ты нам до сих пор не заплатила…

— И вам я тоже заплачу! – Она едва не подпрыгнула на месте от бешенства. – Когда верну себе имя и власть. А для этого нужно собрать вече. Но сейчас лучше пошевеливайтесь! Нужно торопиться. Иначе ничего не будет: ни долга, ни вашей оплаты, ничего!

— Весомо, – пробормотал Вадзим, но с места так и не сдвинулся.

На них начали оглядываться прохожие. Белый удивлённо вскинул брови.

— Нечего орать. – Он ощетинился, как бродячий кот. – Идём. Сама встала посреди улицы и треплешься…

— Я?!

— Ты. Пошли.

И он первым свернул с улицы от Красных ворот к переулкам, что вели к корчме. Велга повела Кастуся следом. Они едва не упали, когда Мишка нырнул им прямо под ноги, стараясь обогнать. Щенок рос быстро. Он стал совсем высокий, ростом почти с Рыжую, худой, какой-то неожиданно облезлый и совсем перестал походить на пухлого медвежонка, каким был весной. Змай уверял, что пушистый мех со временем обрастёт.

— Я всё же тут подожду! – крикнул им вслед Вадзим.

— Вот ссыкло, – буркнул Белый.

Велга зажала Кастусю уши, но тот явно успел услышать и захихикал.

— Вот ссыкло, – повторил мальчишка.

— Нельзя говорить такие слова, – одёрнула его Велга.

— Ты мне не мать, – огрызнулся Кастусь. – С чего мне тебя слушаться?

— С того, что я теперь старшая в семье, и тебе придётся меня слушаться. – Она немного наклонилась и прошептала ему на ухо: – А то сосватаю тебя какой-нибудь старой, страшной вдове.

— Не сосватаешь!

— Сосватаю-сосватаю, – приглаживая непослушные кудри на его голове, пригрозила Велга.

Белый оглянулся на них через плечо, криво улыбаясь.

— Я бы на твоём месте, малец, не спорил с ней. Даже я начинаю бояться твоей сестры.

— И правильно делаешь, – ядовито улыбнулась Велга.

Из-за поворота показался «Кабанчик».

— Думаю, вы и без нас справитесь, – произнёс Змай.

Хотьжер неуверенно покрутил головой, явно не решаясь оставить госпожу хоть на мгновение.

— Он прав. – Велга постаралась улыбнуться, но улыбка эта вышла кислой. С каждым шагом внутри нарастало волнение. – Нечего делать там всей толпой. Мы быстро.

Она поправила на голове платок, хотя теперь в своём наряде она всё равно привлекала слишком много внимания. Знатные господицы не заходили в эту часть Старгорода. На левом берегу в основном жили мастеровые и небогатые купцы, которые не могли позволить своим жёнам такие ткани.