Книга Дождись меня в нашем саду, страница 131 – Ульяна Черкасова

И когда они зашли в корчму, все ожидаемо повернули головы в сторону Велги. Все, включая хозяев.

— Мать честная, – протянул корчмарь.

— Явились не запылились! – подбоченилась Милка.

Белый вскинул руки:

— Не смотри так грозно, Милка. Мы пришли с миром.

— Лучше бы вы пришли с деньгами.

И, потирая затылок и взъерошив светлые волосы, Белый ехидно поглядел на Велгу:

— Со всеми вопросами к госпоже Вильхе…

Шаги Милки прозвучали громко, яростно, точно удары молотка по крышке гроба. Она стремительно подошла ближе, оглядела с головы до ног Велгу, её брата, Белого. Кастусь в растерянности покосился на сестру.

— Госпожа Вильха, значит? – с сомнением повторила Милка.

— Можешь так меня звать, но это необязательно, – мягко ответила Велга.

Она вдруг подумала, что стала говорить почти как Матеуш или её собственная мать: тихо, но уверенно. Так, чтобы собеседник старался прислушаться.

— Я обещаю вернуть долг, но пока не могу. – Она сняла с руки ещё один перстень. – Пока возьми это в качестве предоплаты. Будет ещё. Больше. Но пригляди, пожалуйста, за моим братом.

Милка кончиками пальцев взяла перстень так осторожно, точно тот был раскалён. Она недоверчиво осмотрела камень и золото, попробовала на зуб, но, судя по всему, так и не поверила, что тот был настоящий.

— И ещё. – Велга приблизилась почти вплотную и прошептала: – Заприте двери и окна, не спешите их открывать с утра.

— Что?

— Оставайтесь в безопасности и держитесь подальше… от всех, – тихо проговорила Велга. – Договорились?

Подавальщица отстранилась. Она больше не шутила, не насмехалась, всю самоуверенность точно смыло.

— Что-то будет?

— Оставайтесь в «Кабанчике». – Велга улыбнулась так беззаботно, что стало не по себе от собственного лицемерия.

Она поймала на себе взгляд Белого. Теперь он смотрел на неё иначе. С недоверием, может, даже с уважением. Как на противника.

— Договорились? – спросил он Милку.

— Договорились, – пробормотала подавальщица. – Руки пожимать не будем. Знаю я, куда вы суёте эти руки… Как зовут мальца?

— Кастусь.

Присев перед Кастусем так, что их лица оказались на одном уровне, девушка предложила:

— Кастусь, хочешь научу тебя точить ножи?

— Конечно!

— Отлично. Когда наточишь все ножи на кухне, накормлю тебя пирогами.

— Эй! – Велга потянулась к брату, хотела схватить его за руку, но Войчех её остановил. – Я плачу тебе, чтобы ты позаботилась о моём брате, а не оставляла его с острыми предметами…

— Я и забочусь о твоём брате, – возразила Милка. – Но это не значит, что он будет просиживать портки без дела. Даже пирогами накормлю.

— Надеюсь, хоть без крапивы, – хмыкнул Белый и приобнял Велгу за плечи. – Пошли, Вильха, – прошептал он ей на ухо.

Она вдруг, не задумываясь, прижалась к нему. Ей нравился его запах, его голос. Ей всё в нём нравилось, кроме того, кем он был. И скоро всё это должно было закончиться.

В Войчехе ощущалось раздражение. Злость. То, как он обнимал её, как говорил, как смотрел. Казалось, даже голос его звучал иначе: остро, холодно, так, словно он пытался порезать Велгу каждым словом, пронзить насквозь. Он ненавидел её ещё сильнее прежнего. Но теперь, кажется, он ненавидел её как раз потому, что желал. Потому, что подпустил слишком близко. И потому, что они оба молчали о том, о чём и говорить не стоило.