Книга Дождись меня в нашем саду, страница 42 – Ульяна Черкасова

Но смерть Грача сделала всё ещё запутаннее.

— Остался только я, – произнёс он мрачно.

— Это ты так долго считал? – выгнул бровь Вадзим.

— Чё?

— Ну, ты так долго молчал и в итоге сказал, что остался один. Видимо, считал, сколько вас, Воронов, осталось? – Чёрные глаза горели бесовским пламенем.

— Я тебе точно зубы выбью! – прорычал Белый.

— Оно будет того стоить, – осклабился Вадзим и вдруг заржал в голос. – Расслабься, Белый. Да, дела поганые, зато вино отличное. На, выпей ещё. Мне не жалко.

Он протянул Белому бутылку, с кряхтеньем поднялся и достал из ящика ещё одну.

— Не жалко тебе княжеское добро?

— Ни капли. Мы, считай, красавицу-невесту сами ему в ручки привели… ну почти.

Белый приложился к горлышку и не отлипал от него, пока не допил до дна.

— М-да-а… – протянул задумчиво Вадзим, обнимая закупоренную бутылку. – Плохи дела.

— Думаешь, я следующий?

— Вполне возможно. Печально, конечно.

Услышать это было так неожиданно, что Белый едва не протрезвел.

— Хочешь сказать, переживаешь за меня?

— За тебя? – Одутловатое лицо Вадзима вытянулось в удивлении. – Плевать я на тебя хотел. А вот работать мне будет не на кого, если ты тоже помрёшь. Где ваша матушка так быстро найдёт новых Воронов, пока ещё воспитает? Да и не успеет она никого воспитать – лет ей много.

— Она ещё нас всех переживёт.

— В этом даже не сомневаюсь, – скривил губы Вадзим. – Ладно, хватит портки просиживать. Давай на посошок – и за работу.

Он достал нож и вскрыл вторую бутылку.

— Никогда не убивал никого, будучи пьяным. – Белый с наслаждением отпил княжеского вина.

— Пока пройдёт свадьба, ты и протрезветь успеешь. Обрядов там столько, что помереть можно со скуки. А вот мне…

В их укромный уголок вдруг ворвался худощавый пожилой мужичок с плешивой головой.

— Гусляр?! – воскликнул он тонким, дребезжащим голосом, и Белый с Вадзимом сморщились от этого звука. – Гусляр! Ты тут? Чего расселся? За работу. Срочно. Пошёл! Давай, народ уже заскучал. Там скренорские торговцы, они не любят скучать. Когда они начинают скучать, ломается мебель. Дикари…

Мужичок размахивал длинными рукавами, поторапливая. В своём разноцветном наряде, принятом у богачей, он походил на огромного потрёпанного петуха.

Белый с Вадзимом переглянулись.

— Скренорцы! – хищно улыбнулся Белый.

— Скренорцы, – с пониманием отозвался Вадзим.

Всё складывалось на удивление удачно. Настолько удачно, что выглядело даже подозрительно.

— Гусляр! – вновь возопил визгливо мужчина.

— Иду-иду. – Вадзим хлопнул себя по коленям и с разочарованием отставил ещё наполовину полную бутылку в сторону. – Что раскричался?

— Потому что тебе платят не за то, чтобы ты отдыхал, а чтобы развлекал гостей. Пошёл, пошёл! Они требуют спеть песню!

Вадзим пошёл слегка враскорячку.

— Надеюсь, хоть не про сокола и ворона?

— Нет, про своего скренорского воина… этого… как его…

— Хрёрика, что ли? – предположил Вадзим.

Мужчина снова взмахнул руками так, словно пытался взлететь. Впрочем, выглядел он настолько встревоженным и уставшим от всего происходящего, что, возможно, на это он и надеялся. Но от гостей и от обязанностей сбежать было некуда…

— Но не в моём случае. – Белый потянулся за оставленной бутылкой.

Вино было хорошее. Времени ещё оставалось достаточно. Пока гости собираются в замке, пока напиваются, расслабляются, теряют бдительность, он успеет отдохнуть. Может, даже вздремнуть. Это кмету Создатель подавал, если тот вставал рано. Самая работа для Воронов начиналась с наступлением темноты. Под покровом ночи зло обретало полную силу. Не столько потому, что ночь покровительствовала злу, сколько потому, что ночью зла никто не ждал.