Книга Праведник, страница 86 – Сергей Савинков

Пользуясь тем, что оказался предоставлен сам себе, я зашёл на сайт библиотеки и начал изучать некрологи сотрудников. А вот и умерший вчера старичок. Георгий Степанович Гершуни переплётчик и самый старый сотрудник библиотеки. Почетный член чего-то там… Заслуженный работник и тд и тп.

Я бегло пробежал глазами сухие строчки текста. И кому он мог помешать? Да и остальные сотрудники. Должна же быть какая-то система. Не просто так ведь они умерли, в конце-то концов. Жаль нельзя расспросить моих соседей по кабинету. Да и не станут они со мной откровенничать. Неспроста госпожа Крюгер решила всех нагрузить работой, наверняка не хотела плодить сплетни вокруг вчерашних событий. А что? Вполне рабочая версия. Жаль Настя не сообщила мне ничего интересного касательно этой многоуважаемой женщины. На счетах у Антонины Ивановны не оказалось внушительных сумм, да и собственность не слишком-то впечатляла.

Одинокая интеллигентка в хрен знает каком поколении, живет одна в небольшой квартире не в самом престижном районе города. Коллегами характеризуется как фанатично преданный науке человек, сумевший за неполный год привлечь в библиотеку серьёзных спонсоров. Что тут ещё пишут? Ага, куча благодарностей и прочей шелухи. Судя по сайту, Антонина Ивановна строгий, но справедливый руководитель, сумевший вдохнуть в отдел рукописей новую жизнь, и всё это на фоне безвременной кончины прежней хранительницы.

Хм, а вот это уже интересно. Сколько лет госпожа Крюгер в должности? Ага, судя по всё тому же сайту библиотеки, Антонина Ивановна у руля всего полтора года. Не такой уж и большой срок. Странно, что про смерть предшественницы госпожи Крюгер мне ничего не известно. Видимо, всё по той причине, что госпожа Фиактистова умерла у себя дома, и алгоритм, созданный Джусом, попросту не сопоставил это событие с происходящим в библиотеке в последние три месяца.

— Андрей, может быть, вернёшься к работе?

— Да-да, конечно, — я поспешно закрыл вкладку.

Светочка права, что-то я совсем расслабился, а ведь перевод сам себя не сделает. Леночка вслед за подругой поспешила вставить свои пять копеек.

— Ты бы не расслаблялся, стажёр, а то вмиг отсюда вылетишь.

Я тяжело вздохнул и ничего не ответил. Чёрт, как же меня достала эта рутина. Неужели кого-то заинтересует перевод этой потрёпанной средневековой книги по домоводству? Сомневаюсь. Впрочем, это не худшее из того, что мне могли поручить. Равномерное гудение сканера, у которого работала Светочка, убаюкивало. Я растёр лицо ладонями, пытаясь разогнать подступающую дремоту. Всё из-за недостатка кислорода. Кому вообще пришло в голову, чтобы в таком маленьком кабинете работало столько человек? Это же пытка. Хотя, могло быть и хуже.

Сейчас один стол пустовал. Судя по всему, именно за ним и работал умерший вчера старик. Жаль, что у меня нет возможности покопаться в его рабочем компьютере, ведь почти наверняка там обнаружится что-нибудь интересное. Гершуни, если верить некрологу, был одинок и большую часть времени проводил на работе. Типичный трудоголик и книжный червь. Вот даже на его столе царит образцовый порядок и никаких личных вещей. Ни фотографий близких, ни каких-либо безделушек. На стене позади рабочего стола висит куча разнообразных дипломов и прочей бесполезной «мишуры».