Книга И пришел Лесник! 7, страница 53 – Василий Лазарев

— Рыба! Бля! Ха-ха-ха. Давай, Петрович, ковыляй за беленькой, — мы резко развернулись и увидели четверых работяг в синих халатах, играющих в домино. Они ещё были людьми, как бы странно это не выглядело. Значит нейроманты прошли здесь только что. Я решил с ними познакомиться и направился к ним.

— Бог в помощь, — представился я.

— Вы кто? — подозрительно посмотрел Петрович, которого отправили за водкой. — Мы отстали от делегации, вы здесь не видели несколько человек в белых халатах?

— Интересная у вас делегация, — сплюнул на землю второй грузчик. — Врачи от вас сбежали или вы от них?

— Какая разница, — не выдержала Лиана. — Тебя нормально спросили. Видел?

— Слышь! — возмутился Петрович. — Ты чего на нас орёшь? Вообще ничего не скажем.

— Лиана, ты не права. Здесь по-другому надо. Мужики, уверен вы ещё никогда не пробовали нашу, марсианскую, — сказал примирительно папаша Кац и поставил на перевёрнутый деревянный ящик свою флягу.

— Так вы что, с Марса будете? — спросил подозрительный Петрович.

— С него, родимого, с него, — закивал головой папаша Кац. — Угощайтесь.

Рабочие не заставили себя долго ждать и быстро набулькали себе по полному стакану. Выпили. Крякнули. Закусили.

— Забористая. Из чего гоните?

— Из споранов, — признался папаша Кац.

— Растение такое?

— Оно. На Марсе его много. Так что, видели здесь «докторов»?

— А то, туда побежали. Они выход спрашивали. Бледные они у вас какие-то. Что с ними?

— Да психи они, мы их ловим.

— О как! У нас наоборот, те кто в белых халатах за нами гоняются. Петрович, давеча белку словил, так его с нарядом забирали. В Ганушкина отвезли. Да, Петрович?

— Было дело, — уныло кивнул Петрович. — Как раз на ноябрьские праздники в прошлом году. Только недавно выпустили.

— Ноябрьские? — переспросил я. — Седьмого?

— Да, революцию, мать её отмечали. Потом не помню, очнулся в вытрезвителе с мокрой простынёй на голое тело. А потом и белочка пришла в гости, — крякнул раздосадованный Петрович.

— Революция дело опасное, — согласился я. — Я тоже знавал одного революционера. Товарища Камо.

— А вы вот знаете, что эволюция — это развитие, а революция есть обратный процесс? Вы на себе посмотрите, революционеры хреновы. Как вас жёны ещё терпят? — не выдержала Плакса.

— Меня выгнали! — радостно заявил самый грязный из них.

— И меня! — прошамкал беззубым ртом второй.

— Моя ещё как-то терпит, но чую всё, скоро выгонит, — сказал третий с раздутым лицом и поросячьими глазками.

— А я свою придушил десять лет назад, — сообщил Петрович улыбаясь.

— Вопрос закрыт, — побледнела Плакса.

— Какой это кластер, — спросил папаша Кац.

— Ты чего, марсианин? Кукушкой тронулся, нет у нас здесь кластеров, только районы. Москва это, 1957 год. Вчера спутник запустили! Трёшка есть до десятого? — неожиданно спросил Петрович Плаксу.

— У нас нет денег. Всё у «докторов». Куда они побежали? — нашёлся Череп.

— Дык, айда за мной. Покажу, пятёру дашь? Далеко не ушли, дворами догоним. Слышь, товарищ, это у тебя скафандр? — Петрович погладил пулемёт на руке Лианы.

— Ага, на Марсе всем такие выдают, — согласилась она.

— А их где? Пропили? — догадался грузчик.

— Типа того.

— Всё, вспомнил, — ударил себя ладонью по лбу Череп. — Москва, перезагрузка раз в… долго короче. Нам ещё повезло, через неделю здесь будет не пройти. А через месяц только с атомной бомбой.