Книга И пришел Лесник! 11, страница 118 – Василий Лазарев

— Давай! — я быстро взял лёгкое тело миниатюрного оборотня на руки и побежал, не дожидаясь каталки. Астра уже ждала нас и подогрела капсулу, куда я сразу положил Кобру. Стекло опустилось, отрезав её от внешнего мира. Тут же автодок взял анализы, чтобы понять какое лечение назначать. Чуть позже в лабораторию ворвался папаша Кац держа бутылку в руках.

— Вот это они пили! Астра, необходимо сделать анализ! Там яд, — выкрикнул он.

— Не надо. Я уже знаю, — голос у неё был серьёзный. — К сожалению это один из самых сильных ядов известных внешникам. Яд венерианского скорпиона. От него нет антидота. Но Кобра сумела уменьшить критическую дозу, удалив её большую часть сразу. К тому же она перекинулась оборотнем, что усилило её организм. Это и спасло Кобру.

— Она выживет?

— Уже выжила. Яд действует первую минуту, потом разлагается. Если он не убил её сразу, то сейчас уже идёт регенерация. Но… — Астра замолчала.

— Но? — я нахмурился. — Но что, Астра?

— Она не сможет больше становится человеком. Яд уничтожил полностью этот механизм. Она навсегда останется оборотнем, возможно, наберёт весь, но и только.

— Приплыли, — папаша Кац сел прямо на пол. Я подошёл и отобрал у него бутылку. Не хватало ещё, чтобы он глотнул из неё автоматически.

— Ну что, профессор? Мы снова одни? — я сел рядом и отвинтил колпачок своей фляжки. — Как тогда в Запорожье?

— Похоже. Тебя, правда тогда ждала Лиана. И Наташа была жива. И… — папаша Кац заплакал. Я обнял его за плечи.

— Держись. Фитилёк вообще исчезла.

— Кобра сойдёт с ума.

— Она крепкая.

— Как ей теперь жить среди людей? — он ударил кулаком по полу. — Астра кто это сделал? Кто им принёс это пойло?

— Вывожу на монитор, — лаконично сообщила Астра. — Личность не идентифицируется. Судя по остаточным следам ДНК, это мужчина. Белый, пятидесяти лет.

— Погоди, это же баба! — я показал на экран.

— Я «вижу», что баба, — сказала Астра. — Она обработала себе руки и лицо. Остальное всё скрыто. Обработка наша, то есть внешников. Вот и делай вывод, Женя.

— От внешников… Иштар пропала, так и не появилась на захвате. Я не знаю, — развёл я руками. — Честно.

— Это может быть кто угодно. И даже не женщина вовсе. Или очередной агент. Девушка, беседовавшая с ней ничего, не помнит.

— Нимфа, это нимфа точно! — вскричал папаша Кац.

— Не обязательно. Заставить забыть может и знахарь, — не согласился я. — Вспомни Титана.

— Она и знахарь к тому же. Точно это она.

— Теперь уже не узнаем, — пожал я плечами. — Зато можем ответить.

— Как? — папаша Кац постарел на глазах лет на десять с горя.

— Астра, что ты говорила о батарее?

— Батарея — это такой же ядерный реактор, как и всё остальное. Я могу дестабилизировать его, и он взорвётся. Взрыв выйдет менее мощный, но платформе уже будет всё равно. Сделать?

— Делай. Оставим на пятьдесят шестой как прощальный привет.

— Ты всё-таки собрался вниз? — спросил папаша Кац.

— Да. Без сомнений. Что мне здесь делать? Ходить и вспоминать Фитилька, натыкаясь каждую минуту на её вещи? Похороним и я пойду. Ты со мной? — совсем плох стал папаша Кац.

— Надо дождаться Кобры, — твёрдо решил он. — Когда она придёт в себя. Может вспомнит что-нибудь. Говорить то она сможет, Астра?

— Да, речевой аппарат не задет. Но я боюсь, что состояние начнёт прогрессировать всё больше погружая её на тёмную сторону.