Книга И пришёл Лесник! 29, страница 10 – Василий Лазарев

Лене не повезло примерно на пятидесяти процентах. Передача застопорилась и наконец остановилась. На клоне это никак не отразилось, он даже не открыл свои три глаза. А вот Лену можно было записывать в покойники. Дональд Дарк застыл с сигарой во рту и шумно затянулся. Обычный человек сейчас бы уже падал на пол, но только не этот маленький говнюк. Он спокойно выдохнул и стряхнул пепел на пол. Кивнув доктору, он повернулся к Принцу. Доктора тем временем быстро сняв серебристую плёнку с тела Лены, начали быстро его резать, ловко раскидывая органы в пластиковые ящики. Понятно, покачал я головой. У меня по щеке скатилась слеза. Давно не замечал за собой такой сентиментальности. Похоже я чокнусь, когда увижу на столе Лиану. С Иркой сложнее, но тоже вряд ли переживу. Пусть уж меня первого.

Принц дотянул до двадцати процентов, и также передача застопорилась. Спустя десять секунд продолжилась, пробежав до тринадцать процентов и тогда уже встала колом. Всё. С ним поступили точно также, быстренько разобрав в прямом эфире. Я повернулся и посмотрел на смятое одеяло. Ещё час полчаса назад он лежал рядом… Сука, какая же ты лохматая сука.

— Я бы мог сказать, что таким образом отомстил за братьев, но нет! — словно читая наши мысли произнёс Дональд Дарк. — Это всего лишь прелюдия. И даже не предварительные ласки. Вы будете страдать, и страдание ваше покажется вам бесконечным. И уж никак как эти счастливчики, которые отмучились всего за полчаса. Я пойду отдохну, вечером продолжим. На этот раз я займусь твоими подружками, Женя.

Изображение операционного зала пропало и его место на экране заняла женская камера. Все девушки сидели на одной кровати обнявшись. Ира подняла голову, и я увидел заплаканные её глаза. Похоже её везение кончилось. Маша побледнела настолько, что сейчас ничем не отличалась от простыней. И только Лиана смотрела вперёд отсутствующим взглядом. Моё сердце стукнуло и дало сбой. Я почувствовал, что падаю, перед глазами опустилась темнота и мне стало легко.

Вроде я падал носом в пол, а теперь лечу, причём наверх. Приятно, легко и главное всё неприятности куда-то ушли. Поднимаюсь всё выше и выше, и тут как вспышка перед глазами. Кто-то ловко прицепил мне к ногам двухпудовую гирю и мой полёт окончен. Мои белоснежные крылья отвалились, и я камнем падаю вниз, приближаясь к планете вижу множество восьмиугольных платформ, плывущих на орбите Улья. Огромные какие! Раз в десять больше тех, что были раньше. И они движутся сами по себе! Не все, некоторые стоят на якоре. В одну такую я влетаю, пронизав защитный купол не потревожив сигнализацию. Ниже, ниже и я безошибочно нахожу своё тело, лежавшее на полу в камере. Надо мной склонился ликвидатор и что-то делает со мной. Болезненный толчок и я снова пленник своего тела, а так хорошо и легко всё начиналось. Глубокий вдох и ужасная боль в сломанных рёбрах заставляет меня замычать. Ликвидатор оказывается может не только убивать. Он диагностирует многочисленные переломы, полученные мной в результате реанимации, пока он не завёл моё сердце прямым массажем. Сейчас грудина уже заштопана, и робот поднимает меня с пола и достаточно нежно укладывает в постель.

— Жень, этот урод не подпускал меня… — оправдываясь сообщил папаша Кац.