Книга Повелитель Рун. Том 9, страница 102 – Илья Сапунов

Пока я сражался на севере, верховное божество лично явилась к столице. Новоиспечённые защитники, только-только достигшие Вознесения, ничего не могли сделать.

Когда я вернулся, то увидел лишь одни руины. Никто не плакал и не кричал. В городе не осталось ни одного живого человека.

На месте дворца, в глубоком кратере лежала бездыханная Аура. Её тело было совершенно целым, за исключением кровавой надписи на лбу.

«Это твоё наказание».

Её воскресили и снова убили.

Я долгое время молча сидел рядом с ней и смотрел, как дела сестра рассыпается частицами света.

— Клянусь тебе, сестра, что убью их всех до одного. Я найду способ оборвать их бесконечное возрождение. Если таковы наши боги, то ни этому миру, ни любому другому они не нужны. Я положу конец этой эпохе.

Империю больше не спасти. Но есть кое-что, что я могу сделать.

На этот раз в Удачу Правителя было внесено несколько изменений. Я привязал её не к империи. А ко всему человечеству.

После этого я взлетел в небо и, не останавливаясь, полетел на запад.

…

…

…

Сколько тысячелетий идет эта война?

Сколько крови на моих руках?

Сколько миров сгорело по моей вине?

Я давно сбился со счета.

Я чувствую невыносимую усталость.

Двуручный меч в моей руке давно покрыт многочисленными зазубринами и ржавчиной.

— Грешник! Тебе не скрыться от возмездия! Твоё имя проклято Истинной и больше никогда не будет произнесено вслух! — с неба на меня обрушивается очередной гневный крик.

Еще одна армия решила сегодня умереть?

— Зачем ты сражаешься⁈ — огромный бородатый мужчина с тяжелым молотом выходит вперед. — Твоя империя уже давно стала пылью! Все твои люди мертвы!

Я равнодушно смотрю на мертвеца. Он не понимает, что ему отсюда уже не уйти.

— Император — это нация, а нация и есть император. Моя империя всегда со мной.

Земля трескается, а с неба падают первые капли кровавого дождя.

Мертвая армия встает позади меня и молча с презрением взирает на «небожителей».

— Богам не место в этом мире.

Начинается новая битва.

…

…

…

Повсюду огонь и мертвые тела. Меч в руке волочится по земле позади меня. Зачем я вообще это делаю? Какой в этом смысл? Все равно её уже не вернуть. Я вяло двигаю рукой, и в ней появляется шкатулка, покрытая рунической вязью.

— Все из-за тебя.

Я давно научился доставать её. Давно понял, что лежит внутри. Браслет, перчатки, фарфоровая маска, медальон с небесно-голубым драгоценным камнем… и она.

— Все из-за тебя…

Моя вечная душа изранена и поражена тленом. Но я все равно никогда не умру. Я обречен страдать вечно.

Но кое-что я могу сделать.

Я взмахиваю мечом и отсекаю крохотный кристально чистый кусочек от собственной души. Я отсекаю свою человечность.

На кончике указательного пальца сидит ярко-синяя бабочка.

— Там, откуда я родом, бабочки часто ассоциируются с перерождением. Я надеюсь, ты проживешь хорошую и безмятежную жизнь.

Пусть хотя бы он будет жить нормально. Без проклятия, войны и веса целого неба на плечах. С запечатанными воспоминаниями он сможет жить как нормальный человек.

Бабочка взмахивает крыльями и медленно взлетает, направляясь к новой жизни.

Но я не замечаю, как от шкатулки к ней тянется тонкая нить.

Мгновение, и становится уже слишком поздно. Шкатулка исчезает вместе с бабочкой, и вместе с ней уносит артефакты и часть запечатанного проклятия, которое я планировал нести на себе до конца времен. А это значит, что последний чистый кусочек моей души снова будет повторять все то же самое. Жить и умирать. Жить и умирать. Снова и снова. Снова и снова.

— Проклинаю!!!

Мой животный рёв сотрясает небо.

— Я проклинаю вас!!! Под этим небом мы не можем сосуществовать!!!

Если потребуется, я потрачу вечность. Но убью их. Боги, Истинные, каждый из них заплатит.

С неба льёт нескончаемый кровавый дождь. Великое Бедствие только начинает свой крестовый поход.