Книга Повелитель Рун. Том 9, страница 34 – Илья Сапунов

Картинка не изменилась: зал, ряды коробок, инструкторы с блокнотами. Кто-то из наследников ещё продолжал тренировку, кто-то смотрел в пол, стараясь не встречаться с глазами соседей. Но никто не говорил ни слова. Догадывались ли они?

Я тоже молчал.

Глупо было бы показывать, что я понял.

Дальше было хуже.

Контролировать чужое тело было неприятно, но всё же терпимо. После некоторой практики мне удалось приглушить собственную брезгливость и сосредоточиться на задаче. Однако уже следующий этап наших тренировок вывел моё отвращение на новый уровень. В следующих тестах мы тренировались на вполне себе живых людях. И с очень даже целой душой.

Пусть они и находились в некоем подавленном, почти коматозном состоянии, чувство инаковости и ненормальности ситуации действовало на нервы. Быть захватчиком в чужом теле и подавлять сознание владельца опять же не было для меня в новинку, но в прошлом этот опыт всегда был сильно вынужденным. В моей долгой жизни было много поступков, которыми я никак не мог гордиться, но даже у Чёрного были свои границы. Лишь фиолетовый не видел ничего зазорного в захвате чужих тел и при желании мог менять их как перчатки. Но мои красные линии были не настолько размыты.

Тем не менее отказаться от тренировок я не мог. Ведь рисовать жирную мишень на спине в окружении врагов явно не было лучшей стратегией выживания. Приходилось терпеть.

Ещё через несколько дней задачи стали усложняться. Инструкторы накладывали на тела сложные ограничения, прятали их под защитными и маскирующими формациями. Заставляли нас сражаться друг с другом, расходовать ману чуть ли не до полного истощения. И разрыв между лучшими и худшими продолжал непрерывно расти.

Ради отстающих никто не замедлялся, им приходилось осваивать новые техники, толком не закрепив старые. Результат был очевиден.

Честно говоря, я не был уверен, что поступаю правильно. Мои достижения были на вершине группы, но действительно ли это для меня хорошо? Что, если мой успех обрекал меня на худшую участь?

Тела с разорванной душой могли принадлежать случайным преступникам. А могли принадлежать и предыдущей партии опальных наследников, проваливших своё задание. Так что вполне возможно, оставаться середняком, не выделяясь ни в одну, ни в другую сторону, могло быть самым безопасным выбором.

С другой стороны, количество неизвестных факторов сводило на нет любые прогнозы.

А ещё через несколько дней произошло то, что я давно ожидал.

Всё началось незаметно. Задание было простым на первый взгляд: держать связь с телом, контролировать простые движения, отслеживать поток маны, в общем, делать всё то, что мы повторяли уже не один раз. Но позже выяснился ещё один нюанс: на тела был навешан ряд защитных артефактов, значительно усложнявших контроль над живой марионеткой.

Первые минуты ничего не происходило. Я в этот момент отдыхал после своего подхода и спокойно наблюдал за остальными, фиксируя их прогресс — кто улучшился за последнюю неделю, а кто стал тратить больше сил, чем нужно.

Кто-то из отстающих — короткостриженный смуглый парень, кажется, его звали… теперь уже неважно как — сидел на дальней лавке, с виду такой же, как все. На лице привычная пустота, глаза чуть расширены от концентрации. Но в какой-то момент он дёрнулся всем телом. Плечи его судорожно сжались, а на лице впервые за всю тренировку появилось яркое осмысленное выражение — сильное удивление, что-то среднее между страхом и растерянностью.