Книга Хтонический ужас, страница 40 – Ян Бадевский

— Аскольд Моравецкий, — представили мне нового противника. — Одаренный, дворянское сословие. Победа или проигрыш господина Моравецкого приравнивается к результатам господина Салтыкова. У вас есть возражения, Илья Невзоров?

Что тут возразишь.

Я читал Кодекс вместе со всеми поправками. Автоматика не могла ошибиться, дуэль проводится на законных основаниях. Не докопаться. Вот только не верю я в такие совпадения…

— Возражений нет.

На воздушных кораблях используются передовые технологии, сопоставимые с космическими разработками на параллельной Земле. Не исключено, что со мной разговаривает самообучающаяся нейросеть.

— Принято, — сказал голос. — Бой проходит до смерти одного из противников. Смерть Аскольда Моравецкого приравнивается к смерти Мирона Салтыкова. Вы не имеете права требовать дополнительной сатисфакции после окончания дуэли. Это понятно?

— Да, — кивнул я.

— Секундантов нет, — продолжила нейросеть. — За поединком ведется видеонаблюдение. Записи хранятся в течение недели. Если за это время со стороны родственников погибшего не поступило претензий, файлы архивируются и отправляются в корабельное хранилище данных. Через год архив уничтожается. Кроме того, в течение суток независимый эксперт просматривает запись на предмет соответствия боя оговоренным условиям. При выявлении несоответствий победитель вызывается в суд чести для дачи показаний и дополнительного разбирательства. Доказанный факт нарушения правил приведет к тюремному заключению сроком от десяти лет до бесконечности. Вы поняли?

— Да.

— Разрешается применение любой магии, — продолжил бесстрастный голос. — Запрещаются все типы оружия, включая холодное, огнестрельное, пневматическое, отравляющее, травматическое, биологическое, смешанных разновидностей. Запрещены артефакты с нанесенными узорами, аналогичными татуировкам или письменам мертвых языков. Добивание разрешено. Расчленение не запрещено. Всё ясно?

— Да.

— Ваше тело будет передано для погребения родственникам. На корабле можно провести любые ритуалы, как монотеистические так и языческие, включая зороастризм. Мы печемся о духовном комфорте своих пассажиров.

Основательный подход.

Как ни крути.

— Удачи, господин Невзоров. Ваш противник ждет внизу.

Второй люк с шипением разомкнулся.

Амфитеатр без зрителей.

Радиальные дорожки, ряды пустующих кресел. Призрачный флер антимагического кокона. Мобильные камеры под куполом. Здорово напоминает яму для поединков в «Контакте», с той лишь разницей, что корабельная СБ вообще не при делах.

Моравецкий ждет меня внизу, скрестив руки на груди.

И веет от этого чувака нехорошими вещами.

Пересекаю магический периметр.

— Илья Невзоров? — уточняет бретер. — Честь имею.

Я даже не сомневаюсь, что передо мной — наемник. Своевременно примчался рояль в виде «производственной травмы». Мажор навел обо мне справки, выяснил, что я могу творить на арене, и решил не рисковать. Спланировал всё заранее, как же иначе.

Мысленно делаю отметку: разобраться с Салтыковым.

Хитрожопых врагов нельзя прощать.

— К вашим услугам, господин Моравецкий.

По ощущениям — весьма приличный ранг. Дхарана или выше. Не знаю, что он практикует. И как рассчитывает победить без оружия. Буду защищаться по максимуму и атаковать на опережение.