Книга Здесь вам не клан 1, страница 92 – Ян Бадевский

— Вот оно что, — тихо проговорила девушка. — Значит, это не слухи…

— Ты о чем?

— Ну, — Инна замялась. — Я читала всякую инсайдерскую чушь в пабликах. Вроде той, что у щита императора сын не оправдал надежд. У тебя жесткая инициация?

— Да.

— И как же ты поступил? — на лице Прохора отразилось недоумение. — Ты даже не потенциал.

Ох уж, эти деревещины.

Рубят с плеча, не подумав.

— Ты ошибаешься, — мягко возразил я. — Недавно я зарегистрировался в качестве одаренного. Просто мои способности… несколько иного плана.

— Это как? — охренел сельский упырь.

— Магия времени.

— Да ладно! — вырвалось у Инны.

Пожимаю плечами.

— Редкий Дар, — девушка взглянула на меня с неподдельным интересом. — И опасный.

— К сожалению.

— А что у тебя? — перевел стрелки Прохор.

— Целительство, — улыбнулась Инна. — Ты же видел списки групп.

Настала очередь Прохора.

Поймав на себе наши взгляды, шкаф заявил:

— У меня батя кузнечным ремеслом занимается. Ну, ограды кованые… Холодное оружие… Всего помаленьку.

— А ты? — поторопила Соколова.

Шкаф гордо расправил плечи:

— Магия пепла.

— Круто, — оценила девушка. — Ритуальная? Или призыв инфернальных сущностей?

— Боевая, — обиделся здоровяк. — Но батя сказал, после инициации может проявиться любая… как ее… направленность.

— Может, — признала Инна. — Я вот не понимаю одной вещи… Твой отец обладает этим же Даром?

— Угу, — буркнул Прохор.

— И почему он не в клане? А торчит в глухой деревушке и ограды кует?

Наш новый знакомый окончательно потух:

— Долгая история.

— И к тебе не привязались Искатели, — продолжила свои размышлизмы Инна. — Они таскаются по всей империи…

— Говорил я с ними, — отмахнулся Прохор. — Но… в общем, нельзя нам в клан. Понимаешь? Нельзя! Батя воевал, а потом… Дезертировал. Покинул боевой пост. Женился, наладил свое хозяйство.

— Извини, — осеклась целительница. — Это не мое дело.

Несколько минут мы шагали в полной тишине.

А потом услышали крики.

Прохор не сразу сообразил, что происходит.

Инна встала, как вкопанная.

А я метнулся вправо — туда, где трое ублюдков окружили миниатюрную рыжую девушку в очках. Говнюков я узнал сразу. Блондин с пучком собранных на затылке волос. Низкорослый крепыш спортивного вида со стрижкой полубокс. И очередной придурок с андеркатом на голове. Блондин и кучеряшка-брокколи одеты примерно одинаково — клетчатые рубашки, широкие брюки, кеды на высокой платформе. Крепыш — в черных джинсах и худи.

У девушки забрали рюкзачок в виде мохнатой кошечки.

— Ути-пути, — кучеряшка размахнулся и перебросил рюкзак блондину.

— Отдайте! — рыжая стояла с потерянным видом.

— Не отдадим, — оскалился крепыш. — Попроси хорошенько.

— Развелось тут, — надменно процедил блондин, протянув рюкзачок девчонке. Та попыталась выхватить вещь из рук обидчика, но блондин резко отдернул руки и «дал пас» крепышу. — Мёдом вам здесь намазано, деревенщины?

— Ты занимаешь чужое место, — поддержал «брокколи».

Больше он ничего сказать не успел.

Я рубанул кучеряшке кулаком по печени и, не дожидаясь, пока тот сообразит, что к чему, добавил локтем в челюсть. Для этого мне пришлось шагнуть вперед и бить от груди, практически не глядя. Голова «брокколи» дернулась, рюкзак выпал из ослабевших пальцев. Подхватив «кошку», я уклонился от прямого удара здоровяка, отступил сайдстепом и прописал ему прямой в челюсть. Бросив рюкзак блондину, воткнул крепышу колено в живот. Того согнуло пополам. Аккурат под мой локоть, который я вогнал в затылок дегенерата.