Книга Здесь вам не клан 1, страница 94 – Ян Бадевский

— Моя фамилия — Комков. Обычный мещанин. Раньше мы состояли в Стерхе, но отец разорвал соглашение.

— Что? — опешила Инна.

Перед нами — большая редкость.

Люди не разрывают соглашения с кланами. Это дичь по меркам Российской империи. Так не бывает. У них что, семья сумасшедших философов, поклоняющихся Летающему Макаронному Монстру?

— Эй, — вмешалась в наш разговор спасенная девушка. — Спасибо.

Я присмотрелся к рыжей более внимательно.

На поверку девушка оказалась не рыжей — ее волосы отливали медью с медовым оттенком. Длинные и красивые волосы, заплетенные в небрежную косу. Очки — большие, закрывающие половину лица. Девушка носила короткие джинсовые шортики, подчеркивающие прелесть ее широких бедер. И укороченную толстовку, открывающую моему взору соблазнительный животик с пирсингом. Очень симпатичная особа.

— А чего они к тебе привязались? — нарушила неловкую паузу Инна.

Девушка пожала плечами:

— Один из них меня знает.

— Кто? — спросил я.

— Никита. Тот, что с андером.

— Встречались, — предположил Комков.

— Нет! — возмутилась спасенная. — Мы… в одной школе учились.

— И? — я так и не понял, в чем причина конфликта.

— Никита Ветвицкий — из старинного рода. С корнями, и всё такое. Я — мещанка. Отец работал на одном из заводов Стерха, мать — учительница в школе. Думаю, он злится, потому что на вступительных я показала лучший результат. Так я ночами не спала, решала эту гребаную математику. Еще и мама со мной занималась…

Мне как-то неудобно стало.

Мажор, который, в принципе, обошел все экзамены.

Старты у всех разные.

— А как тебя зовут? — спросил Прохор.

Звали нашу новую знакомую Любой Троицкой, и ее отец был высококлассным инженером. Никто не понял, как у девочки прорезался Дар, но факт остается фактом — прорезался. Десятилетняя Любочка однажды наблюдала за тем, как папа чинит робота-уборщика. И тут ей пришло в голову, что агрегат можно усовершенствовать. Девочка дождалась, пока отец выйдет покурить на балкон, влезла в его кресло и начертила на крышке робота несколько прикольных значков. Чтобы значки заработали, Люба заключила их в треугольник и накачала энергией, которая так и била у нее через край.

Значки оказались рунами.

Вы спросите, как малышка сумела нанести линии на металл? Очень просто — пальцем. По неизвестным причинам черточки светились и намертво врезались в туловище робота.

Папа докурил сигарету, вернулся в комнату и прифигел.

Робот ездил по ламинату, деловито всасывал пыль, а заодно чистил плинтуса. Справившись с задачей, агрегат полез на стену — вот этого финта инженер точно не ожидал…

Так выяснилось, что Люба умеет выстраивать рунные цепочки и запитывать их своей силой.

Девочка хорошо училась, имела явную склонность к физике и математике, посещала факультативы по прикладной магии. Многие считали ее выскочкой. Особенно — дети аристо, которым зачастую оценки ставились автоматом. Кое-кто даже школу не посещал. У привелегированного класса не принято «якшаться с чернью». Никита, например, был хоумскулером, как сказали бы на моей Земле. В этой реальности есть понятие «частные уроки». Преподаватели работают с аристократами дома, в комфортных условиях, а те появляются в школе три-четыре раза в год и сдают экстерном все экзамены. Успешно. Без вариантов.