Книга Здесь вам не клан 2, страница 4 – Ян Бадевский

Последняя реплика мне не понравилась.

Мы начали восхождение по крутым ступенькам.

В головном отделении фискалов я был всего один раз — когда в моей памяти копался здешний менталист. Это у них лицемерно называется «собеседованием». Тогда же меня оформили на работу в Особый отдел и заставили подписать кучу разных бумажек.

Удивительно, но верхние этажи не показались мне пустыми.

Слышались чьи-то шаги, негромкие голоса, хлопали двери.

— Вы и ночью работаете?

— Если требуется, — отрезал фискал. — Не все и не всегда.

Да уж, недремлющее око императора…

— Безопасность страны, — менторским тоном сообщил Волков, — требует жертв.

Наш подъем оказался продолжительным.

Я насчитал восемь пролетов, а Тимофей Петрович и не думал останавливаться. Мы давно миновали подземные уровни, столовую и бухгалтерию. Сейчас, насколько я могу судить, началось восхождение в святая святых имперской спецслужбы.

— Вы что, на последний этаж забрались?

Двадцать пролетов, блеать.

Здание снаружи выглядело высоким. Не меньше двенадцати этажей. Если не больше.

— Почти, — сжалившись над моей бренной тушкой, Волков свернул направо. В тихий коридор, устланный красным ковром. У самого потолка вспыхнул плафон. — Добро пожаловать в Особый отдел по магическим делам, мой инопланетный друг.

Обхохочешься.

Коридор неожиданно уперся в перегородку с металлической дверью.

— Вы даже от своих отгородились? — опешил я.

— Разумная мера предосторожности.

Волков набрал на механической клавиатуре код из шести цифр. Я не успел запомнить ничего — фискал закрылся от меня плечом. Внутри двери раздался щелчок, и створка отворилась.

— Прошу.

— А я получу этот код, господин следователь?

— Получишь, но чуть позже. Когда освоишь ментальное экранирование.

Логично.

Спрашивать про распознавание лиц, датчики и прочую электронику расхотелось. И без того ясно, почему фискалы отказались от подобных фич. А вот руны, вписанные в полотно, мне сразу бросились в глаза.

— У нас свои методы защиты, — буркнул Тимфоей Петрович, закрывая дверь. — Прямо по коридору.

Владения Особого отдела оказались непритязательными. Десяток дверей, рекреация с диванчиками и креслами, мужской и женский сортир. А еще — широкий проем, забранный стеклянными створками. В проеме горел свет, слышались голоса. Кто-то звонил по телефону, шелестел бумагами.

— Диспетчерский отдел, — пояснил следователь. — У нас есть «горячая линия», если что.

— Кто угодно может позвонить? — охренел я.

— Разогнался, — хмыкнул Волков, останавливаясь перед кабинетом № 407. — Только те, кто знает о нашем существовании.

Широкое окно рекреации выходило на Литейный проспект.

Я нехотя отвернулся от разлившегося за окном неонового океана и шагнул за порог вслед за своим начальником. Дверь отрезала полуночную суету диспетчерской.

Щелчок выключателя.

Простое устройство, без сенсоров и датчиков.

— Располагайся, — Волков указал мне на кресло в дальнем углу.

Вот только внимание моё привлекли совсем другие вещи.

Кабинет был тесным и захламленным. Папки и отдельные бумаги на письменном столе, ряды аналогичной хрени в шкафу, электрочайник на тумбе, дверца сейфа в стене с дисковой наборной панелью… И ни малейшего намека на компьютер. Это ж какой силищей нужно обладать, чтобы на пушечный выстрел не подходить даже к дорогим руническим ноутбукам?