Книга Синдикаты на краю империи, страница 98 – Ян Бадевский

Но ты убиваешь.

Несёшь смерть.

Просто предпочитаешь делать это из безопасного укрытия.

— Время безопасности прошло, — сказал я, потянув на себя цепь.

Булькая и хватаясь за горло, женщина упала на ковёр.

Смотав цепь, я направился к столу. Перешагнул через конвульсивно дёргающееся тело, протянул руку и прикоснулся к Проектору.

Поначалу я ничего не ощутил. Затем мне почудилось… даже не знаю, что. Словно перед внутренним взором на секунду открылись дальние дали со смутно знакомыми домами и улицами. Заснеженными улицами. Видение было столь мимолётным, что я не успел проанализировать детали.

Сияние начало меркнуть.

Не знаю, чем подпитывался тубус, но это была чужая энергия. Умирающий одарённый не умеет генерировать ки. Вспышка и полное исчезновение ауры.

Оператор не дышит.

Тяну Проектор на себя и понимаю, что устройство удерживается в пазах специальными фиксаторами. Вожу пальцами по подставке, случайно нащупываю выпуклость кнопки, жму…

Раздаётся тихий щелчок.

Четыре зажима раскрываются одновременно.

Осторожно извлекаю тубус, положив кусаригаму на стол. Перчатки вымазаны кровью, и это смотрится жутковато, но я сейчас думаю о другом. В моих руках — очень дорогая вещь. Уникальная, я бы сказал. Из-за Проектора я пережил много неприятных моментов, а Убыток впал в кому, балансируя на грани жизни и смерти. Теперь это мой трофей. Как минимум, я смогу выгодно перепродать артефакт, но перед этим… Надо убедиться, что эта штуковина подчиняется ясновидцам. Мои способности очень похожи на те, которыми владела мёртвая женщина. И этот образ…

Чуйка меня не подводит.

Проектор откроет новые возможности, если я научусь им управлять.

Ладно, уговорили. Заверните два. Вот только сейчас надо разобраться со Старшей Рептилией — Виктором. Насколько я понимаю, адепты тайных знаний крайне редко обладают Даром, но это не означает, что они не умеют драться и не владеют какими-нибудь хитрыми побрякушками Предтеч.

Выхожу в коридор.

По идее, у меня остался один противник, но этот человек управляет кораблём. Убивать нельзя — тогда мы рухнем вниз. В теории я могу сделать себя проницаемым, но существует вероятность провалиться под землю, и как прикажете оттуда вылезать?

В правой руке — кусаригама.

В левой — тубус.

Неспешно приближаюсь к трапу.

Частный дирижабль, принадлежащий Чёрному Оку, не идёт ни в какое сравнение с монстрами, бороздящими воздушный океан на пассажирских маршрутах. Там гондолы составляют единое целое с оболочкой, наличие трёх-четырёх здоровенных палуб — норма. Здесь у нас две палубы, скромные габариты, теснота и предельный минимализм. Никакого намёка на роскошь, присущую уровням первого класса.

Замираю у нижней ступеньки.

Вслушиваюсь в звуки дирижабля.

Мерно гудит двигатель, вращающий роторы на пилонах. Шелестит воздух, перегоняемый по вентиляционным трубам. И больше ничего. Я такое не люблю. Мне показалось, что по пандусу поднималось три человека, а ошибаюсь я крайне редко. Профессия не позволяет.

Прячу тубус под лестницу.

И начинаю неторопливое восхождение, размотав цепь на метровую длину. Груз теперь на правом кулаке, а рукоять камы — в левом. На обратном хвате. Случись чего, можно использовать как обычный нож.

Трап крутой и узкий.

Ограждение металлическое.