Книга Отступник на краю империи, страница 137 – Ян Бадевский

На обширном посадочном поле висит с десяток частных дирижаблей. Ещё один цеппелин, покрупнее, завис у причальной мачты. Эта модель была старой и выглядела как дорогой раритет из прошлого столетия.

В нескольких километрах от дворца я заметил контуры тучеразгонителя. Агрегат работал на полную мощность, создавая в Змеиных Кварталах безоблачную погоду. В других частях Фазиса уже накрапывал дождь.

Джан выглядела великолепно.

Южная красота девушки, её смугла кожа и роскошная копна тёмных вьющихся волос дополняло изысканное платье в пол с глубоким декольте и откровенным вырезом на бедре. Прибавьте сюда неизвестно откуда появившиеся бриллиантовые серьги и колье, о стоимости которого не хотелось даже думать. Подозреваю, что это фамильные реликвии — всё выглядело так, словно над украшениями поработал один из старых мастеров. Я не знаю, когда морфистка успела съездить в парикмахерскую, но волосы были уложены шикарно — в небрежный пучок с плетением и выбивающимся локоном. Образ дополняли серебристые туфли на высоком каблуке с ремешками, оплетающими икры.

— Сногсшибательно, — не выдержал я. — Ты будешь самой красивой на этом вечере.

— Правда? — Джан покрутилась перед зеркалом и как-то странно на меня посмотрела. — Ты рад, что я с тобой иду сегодня?

— Лучше тебя никто бы не справился.

После этой фразы девушка намертво вцепилась в мой локоть и не расставалась с ним, пока не открылась дверь гаража.

Проходя мимо ростового зеркала, я отметил, что мы органично смотримся вместе. Смуглая красавица, словно сошедшая со страниц «Тысяча и одной ночи» и светловолосый худощавый парень в смокинге. Причёска у меня была максимально классической, зачёсанной на боковой пробор.

Мы промчались на «Борее» вдоль набережной, свернули в уютный лабиринт улочек Старого Города, и всё это время Джан не умолкала. Восхищалась вечером, спрашивала о том, как она выглядит, и не выбиваются ли пряди, звонко смеялась и спрашивала, почему я такой серьёзный.

У меня же в голове окончательно складывался план.

Стыковались между собой детали пазла.

На дополнительно развёрнутом КПП мы прошли, наверное, самую строгую проверку за день. Здесь не было телепатов, но к машине подошёл ясновидец в простом костюме-двойке и тёмных очках. Неприметный мужик прикоснулся к моей машине и на добрых двадцать секунд выпал из реальности. Думаю, он просвечивал каждый сантиметр спорткара. Заглядывал в бардачок и багажник, выискивал потайные отделения. Открыв глаза, эсбэшник произнёс:

— Проносить оружие во дворец запрещено. Я прошу отдать трость, господин Иванов.

Опустив боковое стекло, я протянул трость-меч одарённому.

— Берегите её.

— Не волнуйтесь, — с улыбкой произнёс мужчина. — Принесённое гостями оружие хранится в оружейной. Вы сможете забрать его после окончания бала.

Коротко кивнув, я поехал дальше.

— Ты напряжён, — заметила морфистка.

— Не понимаю, зачем протокол предусматривает клинки, — буркнул я. — Всё равно их заберут.

— Правда, не понимаешь? — удивилась Джан. — На случай дуэли, разумеется.

Хмыкнув, я притормозил.

Перед дворцом творилось хрен пойми что. Огромное скопление машин и людей, вспышки фотоаппаратов, фургоны телевизионщиков, протянувшаяся через центральную площадь ковровая дорожка с ограждением. Мы продвигались по сантиметру в час. Я видел, как напротив золотых столбиков у красной дорожки останавливаются дорогие лимузины и коллекционные тюнингованные внедорожники, оттуда пулей выскакивают водители, услужливо распахивают двери и помогают выбраться из салонов своим хозяевам. Эскорты сопровождения убираются прочь — им выделены удалённые парковочные места. Я читал об этом в правилах Зимнего бала — надлежащий уровень безопасности обеспечивается силами правящего Рода. Бодигарды и особисты фамильных СБ во дворец не пускаются.