Книга Род на краю империи, страница 32 – Ян Бадевский

— Читает мысли? — предположил я.

— Трансляция, — последовал спокойный ответ. — Я думаю о том, что хочу увидеть. Поэтому иллюзия совершает разнообразные и подчас непредсказуемые действия.

— Но не в режиме фиксации.

— Нет.

— Хорошо, — я улыбнулся, предчувствуя выгодную покупку. — А что со стационарными моделями? Есть в наличии? И что они умеют?

— Много чего, — в глазах хозяина вспыхнул лукавый огонёк. — Смотря какой бюджет.

Последнюю реплику я проигнорировал.

— Я могу на месте своего дома выстроить его точную копию? Ваши иллюзионы справляются с подобными задачами?

— Детский лепет, — фыркнул узбек. — Мои иллюзионы усилены каббалистами, тебе такой функционал и не снился. Идём, покажу.

Мы приблизились к очередному стенду. На сей раз под стеклом покоились резные цилиндры, смахивающие на тубусы от подарочного чая.

— Устанавливаешь во дворе, — антиквар щёлкнул выключателем. Загорелась подсветка. — Напитываешь аккумулятор энергией. И заливаешь нужный образ. Можно стоять и смотреть на дом во время подпитки — артефакт всё «увидит» твоими глазами.

— Какая прелесть.

— Мы ещё к ценам не перешли, брат. Вот эти два по пятьдесят тысяч, этот семьдесят пять, этот — сотка. И ещё один по сто двадцать, но там на любителя.

По глазам хозяина было заметно, что он не уверен в моей платёжеспособности.

Хмыкнув, я снял с плеча рюкзак, расстегнул «молнию» и показал торгашу скреплённые лентами пачки тысячерублёвых купюр.

— Другой разговор, — обрадовался мужик.

— Разговор такой, — я приступил к делу. — Беру два иллюзиона, плачу сейчас и наличными. Можно без сопроводительных документов. Но ты мне делаешь скидку на всю сумму.

После артефакторной лавки у меня было такое чувство, словно я прошёл через какую-нибудь горячую точку. Полчаса мы рубились с узбеком за каждый рубль, приводя всё более изощрённые аргументы и наслаждаясь процессом. Давненько я так не торговался! В итоге мне удалось купить два иллюзиона, уложившись в восемьдесят тысяч. Учитывая, что я закладывал изначальный бюджет в сто пятьдесят, — вполне неплохо.

Вернувшись домой, я уже собирался рвануть в пустыню, но выяснилось, что мои соседи разбрелись гулять по городу. Джан с Алисой захотели посетить местный рынок, а Федя с Витькой упросили Демона показать им знаменитый Песчаный Парк. Фиг его знает, что это. В альтернативном Самарканде и близко не было ничего подобного…

Гвардейцев я с собой не брал.

Вот и получилось, что мы с Николаем Филипповичем остались в гордом одиночестве.

— Партейку в шахматы? — предложил старик без особой надежды.

Я никогда не считал себя великим игроком в шахматы, но делать реально было нечего. Я не мог отправиться в Мароан сейчас, поскольку не планировал возвращаться в Самарканд после операции.

— А давайте в нарды, — предложил я.

— Хм, — задумался эмпат. — Короткие, длинные?

— Пусть будут длинные.

— Но у нас нет набора.

Усмехнувшись, я обратился к домоморфу:

— Бродяга, ты знаешь, что такое нарды?

— Конечно, — ответил артефакт. — Информация содержится в одной из книг, которые в меня закачали.

Словечко «закачали» домоморф позаимствовал из моего лексикона.

— Тогда сделай набор для игры, — попросил я. — Доску, тридцать фишек и два кубика.

— Где будете играть? — уточнил Бродяга.

Мы с Николаем Филипповичем переглянулись.