Книга Сила на краю империи, страница 41 – Ян Бадевский

Я жду продолжения.

Конкуренты молчат.

— Прошу стороны ознакомиться с договором купли-продажи, — нотариус протянул каждому из нас по экземпляру договора. — Не спешите, времени у нас предостаточно. При желании можете связаться со своими юристами любым удобным для вас способом — по телефону либо телепатически.

Мы погрузились в чтение.

Я пробежался по документу по диагонали, задержавшись взглядом на перечне имущества, обязанностях сторон и форс-мажорных обстоятельствах. Никаких подводных камней не намечалось. Опять же, если мои подручные найдут что-то нехорошее, на конкурентов не замедлят обрушиться неприятности.

— Всё верно, — выдал свой вердикт Дягилев.

— Претензий не имею, — согласился Бестужев.

Взгляд аристократа, естественно, говорил об обратном.

— В таком случае, поставьте свои подписи здесь и здесь, — перегнувшись через стол, Ааарон Заирович указал пальцем на нужные поля в четвёртом экземпляре договора. — Эта копия будет храниться в архиве нотариального бюро. Да, и тут придётся расписаться. Обменяйтесь бумагами, пожалуйста.

Каждый из нас получил по модной перьевой ручке с выгравированной змеюкой. Расписавшись, я передал свой экземпляр Дягилеву, а взамен получил его копию.

— Главам Родов надлежит скрепить документ личными печатями, — добавил нотариус.

Мы с Бестужевым по очереди погрузили свои перстни в пропитанную чернилами губку и приложили к бланкам поверх подписей. Дягилев не происходил из благородного сословия, а потому родового герба не имел.

Собрав документы, Аарон Заирович всё внимательно изучил, проставил дату регистрации, скрепил своей подписью и нотариальным штампом. Получив обратно свой экземпляр, я отметил, что в рамке штампа присутствует герб Дома Эфы.

— Прошу меня извинить, — нотариус придвинул к себе телефон, снял трубку и начал крутить наборный диск. — Требуется уладить последние формальности.

Приложив трубку к уху, Соломонов дождался, когда ему ответят.

— Да, Ваше Высочество. Всё в порядке, подписали. Ждём.

Повисла гнетущая тишина.

Ваше Высочество? Значит, князь Трубецкой держит сделку под личным контролем. Хочет удостовериться, что всё прошло гладко, и у Кромсателя нет претензий. Разумно. И, насколько я понял, отчёт из банка поступит прямо на линию князя. Что интересно, Трубецкого иногда называли «Высочеством», а иногда — «Сиятельством». Хотя императорской крови в Роду лидера не было ни грамма.

— Благодарю, Ваше Высочество, — нотариус повесил трубку. Посмотрел на Дягилева и Бестужева: — Переводы направлены по указанным реквизитам. Деньги поступят в течение трёх рабочих дней.

Никто не осмелился задавать дополнительные вопросы. Если лидер Великого Дома Эфы сказал, что деньги отправлены, то они отправлены. Княжеское слово считается нерушимым.

Мы покинули контору Соломонова по отдельности, не прощаясь.

Снимая печать с «Ирбиса», я видел, как бывшие конкуренты ругаются, ожесточённо жестикулируя. Граф то и дело указывал в мою сторону. До моего чуткого слуха доносились обрывки фраз: «дуэль», «война», «репарации», «вернём назад», «не валяйте дурака, граф».

Тут всё понятно.

Оскорблённое самолюбие кланового аристократа. Первый порыв — вызвать борзого юнца на дуэль и удовлетворить кровожадные инстинкты. Более здравая мысль — объявить войну никем не прикрытому Роду, одержать быструю и уверенную победу, отжать бизнес, а вместе с ним и мою службу доставки. Дягилев вёл себя осмотрительнее, что свидетельствовало о его лучшей осведомлённости. Не удивлюсь, если купеческая гильдия, к которой принадлежит Никанор Евграфович, навела справки и выяснила то, что обо мне известно из официальных источников. Например, узнала о выигранных войнах и дуэлях.