Книга Страх на краю империи, страница 121 – Ян Бадевский

— А где эти самые номера? — уточнил я.

— Внутри кабины, причём под консолью управления, — вздохнул Демон. — Обычный прыгун не сможет проверить.

Законы РИ не перестают меня удивлять.

Но в данном конкретном случае эти юридические лакуны идут на пользу моему Роду.

Что ж, если с мехами всё понятно, то здоровенный автопоезд или второй дирижабль в рукаве не спрячешь. С другой стороны, и там действовали схожие принципы — если кто отстоял мечом свою правоту, тот и молодец. А кто лежит на земле, тому звездец. И есть у меня подозрение, что при всей очевидности происходящего разваливающиеся и переживающие упадок Десять (уже Девять) Родов не станут рисковать, бросаясь бездоказательными обвинениями и вступая со мной в конфликт. Разведка показала, что ущерб противнику нанесён основательный.

Решение нашлось с подачи Николая Филипповича.

В Портовом районе мы сняли за копейки большой гараж для автопоездов и отогнали туда «Вепря». Дирижабль мы перебросили к аэровокзалу, где оплатили частный ангар на три месяца вперёд. Ни таможенного досмотра, ни проверки документов. Я в шоке. Договор предполагает, что мы регулярно вносим арендную плату и в оговоренные сроки пускаем внутрь ремонтников для осмотра электрических и противопожарных систем. Под нашим контролем, разумеется. Всё.

Не успел я выдохнуть, как вплотную приблизился декабрь.

Шестого числа, в разгар нескончаемого ливня, объявился курьер Строгановых и вручил мне письмо. Там было указано, что закулисное голосование прошло успешно, и представители Союза Вольных Родов будут ждать меня на съезде в Екатеринбурге. Из этого послания следовало, что Новосильцев сдержал и второе обещание.

Оставшиеся четыре дня я потратил на дополнительный сбор информации по ключевым фамилиям Союза. Лучше перестраховаться, как говаривали мои учителя в японских рю…

Ранним утром десятого декабря я перебросил Бродягу в Екат.

Встраиваться пришлось в один из подлежащих сносу домов в трёх кварталах от гостиницы «Уральская Корона». Необходимые вещи, собранные в пухлый чемодан, я решил перевезти на «Ирбисе». Тачка мне может потребоваться в любой момент, ведь я нахожусь в незнакомом городе. Бродяга, высадив меня в Екате, сразу отправился в Красную Поляну. Я договорился раз в сутки устанавливать телепатический контакт с Ольгой, а для экстренных случаев у меня есть номер телефона, по которому я могу позвонить из любого переговорного пункта с кабинками междугородней связи.

Хотите знать, что у меня в чемодане?

Только самое необходимое: бельё, смена рубашек, кусаригама в чехле, портативный иллюзион, комбез Матвеича, наган с глушителем, несколько спидлоадеров и коробка патронов. Ибо что? Перестраховка.

Другое дело — вещи Джан.

Морфистка заранее обеспокоилась пересылкой, и её три чемодана со шмотками отправились экспресс-доставкой на почтовом дирижабле во второй номер, забронированный Никанором. Дворецкий у меня золото — сумел договориться с администрацией отеля о смежных номерах, что принесло дополнительные затраты.

Выехав на улицу Радищева, мы с ветерком погнали в сторону фешенебельного отеля.

С ветерком — в прямом смысле слова.

Вьюга швыряла пригоршни снега в лобовое стекло, машины ехали с включёнными фарами, очертания города тонули в серо-белой каше.

Погонял, называется, на спорткаре.

Хорошо хоть успел зимнюю резину переставить, услышав прогноз погоды по радио.

Дворники размазывали снег по лобовому стеклу. Мимо пронеслась грохочущая металлическая туша, и я запоздало сообразил, что еду вдоль трамвайных путей.

— Как тебе уральская столица? — поинтересовался я у своей спутницы.

В салоне был включён подогрев.

— У нас тоже бывает снег, — философски заметила девушка.

Минут через пять я свернул с оживлённой магистрали и углубился в переплетение сравнительно тихих улочек, заполненных старинными особняками.

Приближалась встреча с новыми деловыми партнёрами.

И хотелось верить, что я вернусь в Фазис без приключений.