Книга Тень на краю империи, страница 127 – Ян Бадевский

А я говорил, ты действуешь слишком нагло и жёстко. А ещё склонен усложнять. Замысел с конструктом не лишён изящества, но ты мог бы и повежливее общаться с Иеронимом.

Ты выяснил, кто он?

Да. Ты правильно подметил: в Ордене Паладинов состоят бойцы, набранные из числа карателей. Иероним врёт, когда ссылается на них.

Тогда на кого же он работает?

Формально Иероним служит Супреме, его прислали из Наска. Проводит внутренние расследования по всем фронтам. Без ограничения по ордену, отделу или консистории.

Я думал, этим занимаются тени.

Занимаются. Но они состоят в ордене карателей и носят рясы. Иероним, повторюсь, обладает более широкими полномочиями. А действует он по указанию одного из кардиналов, отца Винсента. Которому не нравится мой быстрый рост. Так что, копают они под меня. А ты просто попал под раздачу.

Вот откуда вопросы, давно ли мы с тобой встречались.

Правильно.

Действуем по схеме?

Конечно. Я дёрну свои рычаги. Связь — каждые шесть часов.

Принял.

Отложив коммуникатор, я попросил Бродягу обеспечить мне международный звонок по защищённой линии, вызвал своего представителя в Наска и отдал приказ подать заранее приготовленную жалобу. Сразу после этого набрал Москву и отправил второго человека в консисторию с протестом. Документ был оформлен по всем правилам, имел печать Дворянского Собрания, и такое хрен проигнорируешь.

Третий шаг — скандал.

Я не мог нанести удар через имперские СМИ, потому что все они контролируются инквизицией. Любая статья или передача, нарушающая интересы святош, будет молниеносно отбракована специальным сотрудником, отвечающим за идеологию. Последствия для тех, кто пропустил что-то «неправильное», весьма обширны. И увольнение из редакции — самое мягкое наказание. Поэтому я разослал официальные уведомления лидерам кланов о недопустимом произволе со стороны отца Иеронима. С пометкой, что могу выгрузить кадры моего неправомочного задержания в специально созданный конструкт. Разумеется, вместе с образом стреляющего из пистолета карателя. И всё это — без ордера, без суда и следствия, без обвинения или подозрения.

Бумажки отправились в путь с курьерами-прыгунами.

Да, я успел это всё подготовить.

Джан помогла советом, Бродяга — ценной информацией. Как и отец Симеон, ибо этот товарищ столкнулся с собственными проблемами. А враг моего врага… сами понимаете.

— Сергей, у нас гости, — послышался невозмутимый голос Бродяги. — Их выбросило за периметр отклоняющими линиями.

— Покажи картинку.

Домоморф создал настенный экран, включил его и вывел с кабеля чёрно-белый ролик. Я сразу узнал карателей, преследовавших меня в Москве. Не знаю, на что рассчитывал Иероним, но этих молодчиков вышвырнуло в поросший бурьяном овраг за границей посёлка. Сейчас на экране разворачивалась прямая трансляция. Инквизиторы с перекошенными от злобы лицами, ломая кусты, выбирались из зарослей.

— Соедини меня с мастером Багусом.

— Да, господин, — раздалось на том конце провода.

— Видите этих, мастер?

— Конечно. Гвардия оповещена, ключевые бойцы на позициях.

— Инквизиторов не трогать, — отдал я непростой приказ. — Пропустить к моему дому. Следить, но не препятствовать их проникновению в посёлок.

— Будет исполнено.

Спустя час каратели встали перед моей усадьбой.