Книга Шторм в сердце империи, страница 119 – Ян Бадевский

Сны?

Пожалуй, я мог бы спустить с цепи морфистов.

Но ведь и там не дураки сидят. Стопудово нагородили кластер защищённых конструктов, в которые с наскока не влезть. Ерунда получается. И у Барского вышла такая же фигня. Сапеги подловили нас всех в нужный момент. Есть дедлайн, его не обойти. А потом будет поздно. Маро, как фигура на доске, утратит актуальность. Эфа перестанет быть переменной в уравнении. Битва развернётся между четырьмя кланами. А это повышает вероятность победы Рысей.

Мои пальцы сжали деревянные перила террасы.

Я ощутил фактуру прогретой солнцем древесины.

И в этот момент за спиной прозвучал ровный голос Бродяги:

— Сергей, международный звонок.

— Кто это? — я даже не пытался скрыть своего раздражения.

— Не знаю, — ответ домоморфа был совершенно неожиданным. Невозможным. — Я не могу отследить абонента.

Домоморфы подключаются к любым коммуникационным системам. Создают выделенные линии, могут организовать телеграф и отправить телеграмму. Защищают каналы от прослушивания. И они всегда, ВСЕГДА, могут определить, кто позвонил их хозяину. Разумеется, при условии, что этот «кто-то» позвонил не из таксофона, а с домашнего номера, внесённого в справочник.

Вообще, я до конца не понимаю, как это у Бродяги работает.

Номера могут меняться, справочники переиздают и дополняют. Это никак не отражается на осведомлённости домоморфа. Есть подозрение, что он «видит» всю сеть, все линии, все подключённые аппараты и неким непостижимым образом связывает это с реальными людьми. Быть может, ориентируется по собственному аналогу мыслекарты. Я никогда не спрашивал, но сам факт выглядит запредельно круто.

В теории, если дом или таксофон не отразился в этой схеме, его и не определишь. Но как можно подключиться к сети, не отразившись в ней?

Поразмышляю над этим парадоксом позже.

А сейчас надо ответить на звонок.

— Барон Иванов на проводе, — подношу к уху трубку материализовавшегося телефона. — С кем имею честь разговаривать?

Пока я не пойму, кто на другом конце линии, я всегда вежливый и добродушный.

Дальше — по обстоятельствам.

— Господин Иванов, моя личность не имеет решительно никакого значения, — произнесла трубка весёлым мужским голосом. — Но важно другое.

— Это что же? — поддержал я игру.

— То, что я знаю о проблеме, которую вы пытаетесь решить. И могу помочь в этом.

— Будьте добры, — осторожно уточнил я, — пояснить, о какой именно проблеме вы говорите.

— Маро Кобалия, — прямо ответил собеседник. — И её сын.

— Вы за мной следили.

— Не важно, какие у меня источники информации. Не важно, какие методы. Я знаю — и это факт. Более того, данный факт может натолкнуть вас на мысль, что я не бросаю слов на ветер и обладаю обширными возможностями. Понимая это, смею надеяться, вы не бросите трубку и выслушаете то, что я собираюсь сказать.

— У вас безупречная логика, — признал я.

— Спасибо, — голос незнакомца даже не изменился. — Итак, мы определились с предметом разговора. Вы ведь хотите быть уверенным, что я вас не подставляю, верно? Поэтому я опишу свои выгоды от этого звонка. Мой интерес заключается в том, чтобы спутать карты Сапегам. И не допустить победы на Турнире тех, кто мне не нравится в роли фактического правителя страны.

— А вы можете делать прогнозы на итог схватки?