Книга Перемены на краю империи, страница 96 – Ян Бадевский

— И как Паук назначит тебе встречу? — спросил Багус.

— А он и не назначит. Придёт на эту «кукушку». Или по другому адресу, если я скажу, что здесь не стоит встречаться.

— У вас же куча разных кодовых словечек? — вкрадчиво поинтересовался я. — Допустим, если ты хочешь сообщить, что не один. Что в нежелательной компании. Так ведь?

Бородач насупился.

И промолчал.

Менталист, не говоря ни слова, дал по газам. Напряжение в комнате выросло, и колх истошно заорал:

— Что ж вы творите, гады!

— Вопрос тебе известен, — без выражения произнёс начальник СБ.

— Есть, конечно! — выдохнул пленник. — И вы что, хотите их все знать?

— Не обязательно, — пожал я плечами. — Зачем нам мозги себе забивать? Просто ты будешь звонить под контролем нашего менталиста, а он отслеживает даже тончайшие эмоции. Попытаешься что-нибудь выкинуть — и превратишься в пускающего слюни овоща.

— А так вы меня что, отпустите? — с сарказмом поинтересовался бородач. — Ясно, что глотку перережете.

— Уж лучше так, — зловеще произнёс я, — чем твоё новое состояние. Врагу такого не пожелаешь.

— Опять же, — добавил Багус, — если справишься с заданием, мы можем и передумать.

Агент хмыкнул.

— Откуда надо делать звонок? — спросил я.

— Из будки, — без колебаний ответил колх. — У нас система очень тонко настроена. С домашних номеров переадресация не делается. Чтобы не отследили.

Бедняжки.

Мой домоморф и не такое отслеживал.

— В какое время вы созваниваетесь? — спросил Багус.

— Без разницы, брат. Даже сейчас можно. Но это не значит, что Паук метнётся по вызову. Сам понимаешь, зависит от срочности.

— Нечего тянуть, — отрезал я. — Звоним сейчас.

Операция, которую мы развернули против СРБ, длится уже двое суток. Днём мне удалось поспать, но очередная ночь опять грозит бессонницей.

Нам пришлось распороть скотч и освободить колха. А чтобы его не посещали дурацкие идеи, пригрозили психическим ударом.

В машину сели я, бородач и менталист.

Добрый Эх переместил нас на другую сторону улицы, к будке таксофона. Там работала подсветка, но втиснуться внутрь мог лишь один человек.

Я встал по одну сторону от кабинки.

Менталист — по другую.

— Он считывает твои мысли, — напомнил я. — Только попробуй что-нибудь нехорошее выкинуть.

Я усилил слух, но даже при таком условии фразы доносились обрывками.

Из-за дождя.

— … срочно… жду указаний… нет, нельзя…

Легенду мы разработали, сидя в автоморфе.

Бородач подозревает, что на одну из конспиративных квартир вышли местные спецслужбы. В его задачи входит, в том числе, и безопасность таких точек. Он арендует квартиры и проверяет хозяев. Если с одной из «кукушек» проблемы, это нужно обсудить на нейтральной территории.

Разговор закончился.

Колх повесил трубку.

Мы не стали отслеживать звонок, потому что смысл? Я хочу выйти не на очередного исполнителя, а на самого Паука. Который в теории должен знать, где скрывается резидент. Мы настолько увязли в этой конспирации, что у меня в душе всколыхнулось раздражение.

Я переглянулся с индонезийцем.

Тот кивнул: никаких сюрпризов.

Дождь заливал нас нескончаемыми потоками. По стеклу будки стекала вода, лицо агента было мутным, искажённым. Мимо, поднимая тучи брызг, промчалась машина.

В будке раздался звонок.

Я тут же отдал мысленный приказ Ольге. Та связалась с Джан, и домоморф врубил прослушку. Трансляция шла с секундным опозданием, но я слышал диалог в своей голове.