Книга Ярость на краю империи, страница 107 – Ян Бадевский

А он трезво оценивает свои силы.

— Всё, что я призываю, — продолжил оружейник. — Научи меня этим пользоваться.

Я вздохнул.

С чем боролись, на то и напоролись.

Но, если вдуматься, у Феди колоссальные перспективы. Только представьте убийцу, способного пройти на любой приём, в любую закрытую контору, не имея при себе ничего, а потом призвать ствол из мира идей и всех перестрелять. Хотя нет, пистолеты он призывает по частям и по готовым схемам… Но можно вытащить из небытия нож. Или меч. Научиться извлекать «глок» по деталям и быстро собирать в каком-нибудь сортире…

А ещё он умеет управлять Проектором. И в теории способен отправить в любую точку планеты материального дубля, обладающего всеми необходимыми навыками…

Решение я принял быстро.

— Давай начнём с самообороны. Уклонение от боя, выживание, база с различными видами оружия. Не только шест. Ножи, меч, короткие дубинки, тонфы, кастеты.

— Кусаригама?

— Её деревянный макет. Не хватало ещё, чтобы ты сам себе голову разбил или кисть отсёк.

— Согласен.

— И ещё, Феденька. Никаких поблажек с моей стороны не будет. Ты бегаешь вместе со мной, упражняешься вместе со мной. Часами. Время твоих занятий будет увеличено. В будущем я научу тебя пользоваться огнестрельным оружием, для этого у нас есть тир.

— Пусть ходит со мной, — предложила Ольга. — Я прослежу, чтобы с ним ничего не случилось.

— Хорошая идея, — одобрил я.

— Призову патронов, сколько нужно! — обрадовался Федя. — Любого калибра!

— Сам напросился, — хмыкнул я. — До конца недели я набросаю список упражнений в тренажёрном зале, их ты будешь делать строго по графику. Никаких отклонений. Замечу, что сачкуешь — конец обучению.

— Понял.

— И да, мы тебя полностью переводим на здоровую пищу. С преобладанием белка и морепродуктов. Про сардельки и кефир с батоном забудь.

— По живому режешь.

— Ещё не поздно отказаться.

— Не дождёшься.

Я хмыкнул.

— Боевой настрой… Это хорошо. Завтра подъём в пять утра.

— Чего-о-о-о? — возмутился мальчишка.

— Кто рано встаёт, всем люлей раздаёт, — глубокомысленно изрёк я. — Шутки кончились. Мы берёмся за твою прокачку по полной программе.

Знаете, что меня поразило?

Этот упырь сидел, улыбался и был вполне доволен происходящим.

— А теперь, — сказал я. — Отправляемся к младшему брату покойного господина де Линя. Надеюсь, он проявит большую гибкость, чем его недальновидный родственник.

В конце января события закрутились с сумасшедшими скоростями.

Натан де Линь, который, к слову, родился на пару веков позже Густава и не сумел инициироваться в бессмертного, перепугался не на шутку. Мы ему показали пару слепков для убедительности — и вопрос сдвинулся с мёртвой точки. Едва возглавив ганзетаг, Натан отменил все ограничения для моего холдинга, и торговля ценными бумагами в Европе возобновилась. Впрочем, ненадолго.

Густав оказался прав — у наших западных соседей все очень плотно повязаны.

Не успел Натан привыкнуть к председательскому креслу, как в гости к Лауре фон Меркен прилетел на частном самолётике лорд Камминг. Уж не знаю, о чём они там говорили, но представители ганзейских городов назначили внеочередное собрание и отстранили де Линей от власти. Весь Род. Новый лидер, Магнус Анкер из Бергена, тотчас перекрыл нам кислород, чем привёл меня в неописуемую ярость.