Книга Предельные Чертоги, страница 40 – Ян Бадевский

— А потом?

— Качество возобладало над количеством. На постижение магических основ уходит много времени. Древние ордена, адепты которых были лучше обучены, стали побеждать. Кроме того, возник класс волшебников-перебежчиков — тех, кто не хранил верность одному ордену, а свободно менял хозяев, чтобы постичь все грани мастерства. И тогда общества стали тайными, а наборы — строго ограниченными. Появились запутанные иерархии, уровни доступа к знаниям, проверки лояльности. Верность испытывается временем — это все поняли быстро.

— И что сейчас?

— Противоборствующие сообщества колдунов, возраст которых насчитывает сотни лет. Чудовищная пропасть между неофитами и магами старой школы. Службы внутренней безопасности. Ментальные проверки, жесткие испытания при смене уровня.

Ольгерд кивнул. В таком обществе единого лидера нет и быть не может. Есть сферы влияния, договоренности, комплекс мер по взаимному сдерживанию. Теперь ясно, почему земляне не пришли на помощь, когда в Преддверье случилась беда. Не смогли договориться. Каждый преследовал свой интерес, имел отличный от других взгляд на происходящее.

Паромобиль свернул с набережной на подъездную дорогу и остановился перед гостиницей. Коэн поблагодарил шофера и вышел наружу. Ольгерд последовал за своим нанимателем.

«Медитативный отель» — вот как называлось это место. Очень странная гостиница, ничего подобного Ольгерд раньше не встречал. На четырех опорных столбах была установлена платформа. Деревянная, хотя полной уверенности в этом не было. На платформе возвышался целый комплекс двухэтажных домиков, связанных между собой крытыми галереями и террасой, протянувшейся по всему периметру второго яруса. Изогнутые коньки крыш напомнили Ольгерду Нирвану и хошанские предгорья. Впрочем, Мерт утверждала, что так строят по всему Като.

— Идем, — сказал Коэн.

Пространство, раскинувшееся под гостиничной платформой, было превращено в стоянку, на которой жались друг к другу паромобили и конные экипажы. Поледние в мире Коэна назывались кэбами.

На платформу вела винтовая лестница, пристроившаяся к одной из опор. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что платформа сложена из длинных блоков серого цвета. Не дерево, но и не камень. Над входом висел бумажный фонарик, раскачивающийся на осеннем ветру. Под фонариком — медная табличка с названием гостиницы. Разумеется, на тер.

Коэн сдвинул перегородку и шагнул внутрь.

Ольгерд шел за посредником, осматривая убранство холла. Строгость, аскетизм. Широкие окна от пола до потолка. Ощущение простора.

У регистрационной стойки никого не было. Коэн улыбнулся человеку, носящему необычные стекла на глазах.

— Добрый день.

— Чем могу служить?

— Я заказывал номер пару месяцев назад. Четвертый, если не ошибаюсь.

Регистратор открыл книгу в кожаном переплете и стал сверяться с записями в ней. Коэн терпеливо ждал. Наконец, человек поднял глаза.

— Все верно. Двухместный номер. Комната для домашнего питомца. Животное с вами?

Коэн покачал головой.

— Появится позже.

— Хорошо, — регистратор положил на лакированную поверхность стойки ключ. — Вас проводят.

Все с той же дежурной улыбкой регистратор поднял руку. Ольгерд увидел колокольчик.

Два звонка.

Рядом вырос подросток в неброской униформе серого цвета.