Книга Предельные Чертоги, страница 41 – Ян Бадевский

— Проводи наших гостей в четвертый номер, — велел регистратор.

— Как вам угодно, — подросток перевел взгляд на заплечный мешок Ольгерда. — Разрешите взять ваш багаж.

— Нет, — отрезал мастер ножей.

Возможно, это прозвучало резко, но паренек не обиделся. Персонал «Медитативного отеля» выдрессировали безупречно. Взяв ключ со стойки, паренек направился к лестнице, ведущей на второй этаж. Винтовой лестнице, как и следовало ожидать.

Стены гостиничного холла были украшены полотнами с неведомыми письменами, отдаленно напоминающими хошанские и улкундарские иероглифы. К потолочным балкам прилипли вездесущие бумажные фонарики.

Лестница вывела путешественников в широкий коридор. По обе стороны — ширмы.

— Они знают о рлоках? — спросил Ольгерд, перейдя на трордорский. — Это не безобидная зверушка.

— Знают, — бросил Коэн через плечо. — Я предупредил.

— И доплатил, я полагаю.

— Как же без этого.

Паренек остановился, вставил ключ в замочную скважину обычной двери и дважды провернул его.

— Прошу.

Дверь представлялась хозяевам отеля разумной предосторожностью, но Ольгерд знал, что от рлока такие вещи не спасут. Мастера ножей вынуждены содержать своих питомцев в подвалах, за мощными бронированными дверями. Такие меры позволяют горожанам испытывать иллюзию защищенности.

Они вошли.

— Две комнаты, как и просили, — сказал паренек, отдавая ключ Ольгерду. — Выход на террасу.

— Что с завтраками? — спросил Коэн.

— Все включено, — улыбнулся сопровождающий. — Завтраки мы приносим в номера. Кроме того, на первом этаже есть харчевня. Там можно пообедать и поужинать.

Коэн удовлетворенно кивнул.

— Доброго дня, — парнишка поклонился, сложив руки перед собой, и направился к выходу. В дверях он обернулся: — Если что-то понадобится — звоните по телефону.

Путешественники остались одни.

— Телефон? — переспросил Ольгерд.

— Я покажу, — отмахнулся Коэн. — Ничего сложного.

Ольгерд приблизился к двери, ведущей в смежную комнату. Поверхность дверного полотна была окована тускло поблескивающим металлом. Куча засовов, висячий амбарный замок.

— Ты серьезно?

Коэн хмыкнул.

— Я понимаю, что Рык прорвется через все это. Если захочет. Думаю, они успокаивают сами себя.

— Правильно думаешь. — Ольгерд отвернулся от двери. — Начнем?

Вместо ответа посредник развел руки, закрыл глаза и нараспев произнес заклинание на неведомом языке. Пространство в центре комнаты исказилось, формируя портал. Аккуратый круг, по ту сторону которого предметы утратили привычные очертания и пропорции.

— Готово.

Ольгерд отправил в неведомые глубины метальный призыв. И картина вещей изменилась. Плоскость зеркала вспучилась, прорвалась. В комнату вошел огромный зверь, покрытый белой шерстью. Клыкастый монстр, снящийся в кошмарах детям Преддверья.

Но здесь о рлоках ничего не знали.

Волна радости.

Мы вместе.

Зверь не был для Ольгерда домашним животным. Нет. Партнерство, дружба, узы боевого братсва — все это вместе и по отдельности. Простому человеку сложно понять связь между рлоками и мастерами ножей. Эта связь основана на общем детстве, ментальной совместимости, столетиях симбиоза. Ольгерд полагал, что рлоки обладают не только паранормальными способностями, но и зачатками разума. Поэтому отношения между зверем и человеком могут складываться по-разному. Иногда требуется жесткий контроль, иногда — свобода выбора.