Книга Пути и Двери, страница 85 – Ян Бадевский

— Плохо выглядишь, — Лиенна критически осмотрела друга. — Не спишь по ночам?

Кимтек вздохнул.

Он много раз обсуждал с подругой свои кошмары — это был единственный человек на полуострове, которому следовало доверять. Родители с недавних пор вызывали у Кимтека смутные опасения. Папа с мамой что-то скрывали.

Девочка внимательно посмотрела на друга. И сделала неожиданное заявление:

— Хочешь знать правду о Святилище Глубины?

Еще бы он не хотел.

Все старейшие семьи полуострова что-то скрывали от властей Верна и даже от собственных детей. Наемники не пускали чужаков на Коготь. А тринадцатилетние парни исчезали осенью…

Кимтеку исполнится тринадцать в конце лета.

И он боялся.

— Кракен, — пояснила девочка. — Всё дело в нем.

— Твой отец, — догадался Кимтек. — Он правда иерофант?

Лиенна посмотрела в глаза своему приятелю.

И нехотя кивнула.

— Продолжай.

Они вышли на террасу и уселись на теплых каменных плитах. С моря дул свежий бриз, но порывы становились всё более резкими. Часть неба заволокло тучами.

— Взрослые поклоняются Кракену, — Лиенна перешла на шепот. — Уже давно, лет восемьдесят. Говорят, что Кракен — бывший Демиург, но папа считает это утверждение ересью. Он думает, что Кракен сотворил всё сущее, включая Демиургов, если они вообще есть. Люди возвеличили ложных кумиров, построили храмы несуществующим богам и вызвали гнев Единого.

— Поэтому укрепили набережную? — догадался Кимтек.

— Да, — кивнула девочка. — Но от Создателя нельзя защититься. Это гигантский спрут, он обладает невероятной силой. И легко утащит на дно любого из нас. Если захочет.

— А он хочет?

— О да, — девочка плотоядно усмехнулась. — Тварь всегда хочет есть. К счастью, появились иерофанты, они построили Святилище Глубины. Так сказал отец. Люди смогли договориться с Кракеном, и тот перестал нападать. Взамен нужно приносить жертвы.

Кимтека передернуло.

— Осенью, — голос Лиенны стал совсем тихим, — иерофант выбирает одного из нас, поговорив с Единым. Мальчика тринадцати лет. Второго сына в семье.

Повисла тишина, прерываемая лишь воем поднявшегося ветра.

— А как он выбирает? — спросил Кимтек.

— Сны, — Лиенна пристально смотрела на друга. — Кракен снится своему избраннику почти каждую ночь. Зовет его в Глубину, манит к Святилищу.

— Но зачем? — удивился Кимтек.

— Хочет подавить твою волю, — пояснила девочка. — Жертва должна смириться со своей участью и воспринимать Глубину как высшее благо. Так объяснил папа.

Мальчик нервно фыркнул.

— Есть легенда, — продолжила свой рассказ Лиенна, — о том, как всё начиналось. Даже не легенда, а притча, записанная в Священной Книге Моря. Первый иерофант был капитаном торгового корабля. В те времена Верн считался приличным городом, а Ночные Картели еще не обрели нынешнее влияние. Община жила на Когте открыто, но страх уже поселился в сердцах людей. Кракен топил корабли, жрал моряков, утаскивал людей с набережной. Иерофанта звали Ноэлем. Возвращаясь из Равнинного Царства, капитан попал в шторм, его корабль отнесло к западу от Когтя и едва не разбило о скалы. Когда шторм утих, Ноэль понял, что вокруг — неизвестные острова, узкие и глубокие проливы, мрачные подводные пещеры.

— Скалистый Лабиринт, — прошептал Кимтек.

— Именно, — кивнула девочка. — Родина гигантских спрутов, если верить преданиям.